Слезы Магдалины

кого? Того, кто ее мучает? Того, кто собирается убить? Но кто он, самозваный охотник на ведьм?

Жалко, голоса не слышно. И разглядеть удалось лишь, что высокий и плотный. Или кажется, что плотный? Может, дело не в нем, а в куртке? Сейчас многие носят пуховики.

Уехал? Или просто соврал, что уехал?

– А про Фимку слышал? Померла! Повесилася! А такая баба была, строгая... что, не помнишь? Все вы быстро забываете. Ох жалко ее...

Наверное, нужно было выскочить и потребовать объяснений. Пригрозить милицией. Плюнуть, в конце концов, в рожу этого урода!

Или хотя бы рассмотреть получше.

Или тайком пойти за ним, узнать, где обитает...

Наверное, много всего можно было сделать, но Алена просто сидела в ямине, свернувшись калачиком, и молилась всем святым сразу, чтобы ее не заметили.

Машку узнал сразу. Длинная нескладная девка с мозгами курицы и амбициями павлина. Она появилась, опоздав на сорок минут, и долго стояла на пороге, разглядывая зал ресторана через лаковые стекла очков. Затем позволила препроводить ее к столику и, сев вполоборота, сказала:

– Так и быть, я вас прощаю!

– Спасибо, – Владу стало смешно.

– Знаете, когда Наденька позвонила, я не хотела сюда идти. Мне было страшно! Очень страшно!

Ладошки взлетели над столом, прикрыв ротик. Ресницы затрепетали, а глаза осоловели, словно красавица собралась впасть в спячку.

– Но она поклялась, что ты уже нормальный. Ну и я решила, что если можно проблему уладить, то почему ее не уладить?

– Вот! А еще я хочу сказать, что если ты не прекратишь, то я в милицию заявила!

Тщательно поставленный голосок сорвался на визг, а ручки шлепнули по столу, заставив стаканы подпрыгнуть. Росту в Машеньке изрядно, и силой ее Боженька не обделил. И вот такая, разозленная, она была куда более симпатична Владу.

Похоже, у него развивается аллергия на манерность.

– И если ты хоть что-то со мной сделаешь... – пальчик с коготком уперся в лоб. – То тебя посадят!

Влад взялся за пальчик, сжал – Машенька дернулась, но вырваться не смогла – и тихо спросил:

– Кто тебе велел сказать, что я умру?

Под слоем пудры вспыхнул румянец, мягкий подбородок поднялся вверх, обнажая белое горло с крохотным шрамиком. Приготовилась умереть, но не сказать ни слова? Влад чуть повернул палец.

– Сломаю. А потом второй. Даже если здесь отпущу, то все равно сломаю...

Заозиралась. Вскинула было руку, чтобы позвать официанта, но послушно опустила.

– Н-никто! Это шутка была, идиот! Я выпила. А у Надьки карты. Я с детства гадать люблю! И правду говорю! Да, правду, можешь не верить, остолоп убогий! У меня все сходится!

– Надька попросила раскинуть. На то, чтоб знать, получится у вас с ней или нет. Я раскинула! Между прочим, я ей сразу сказала, что хрен что выйдет, потому что ты ее бросишь. И права была.