Творец слез

И вот еще, придумал идиотский предлог… Ха-ха! Здесь тоже… — Извини, — остановила ее Мики, — но этот парень, похоже, говорит с тобой только о себе. Я удивилась, увидев, что Мики тоже склонилась над моим телефоном, нахмурив брови. Потом она бросила на меня скептический взгляд.

— Он хотя бы иногда спрашивает, как у тебя дела?

Этот вопрос поставил меня в тупик.

— Ну мы с ним в школе пересекаемся…

— Так спрашивает или нет? — перебила меня Мики.

— Нет, но у меня ведь все в порядке, — ответила я, не видя необходимости в его вопросе «Как дела?».

Мики мрачно посмотрела на меня, прежде чем скрестить руки на груди и вернуться к телефону. — Он очень гордится своими достижениями, — медленно сказала Билли, просматривая сообщения, и по ее тону я поняла, что наши разговоры ее разочаровали.

— Так и есть, — согласилась я, — вообще-то…

— Вообще-то, — рявкнула Мики, — вы говорите только о его теннисных турнирах!

Я смотрела на них обеих — у Мики был строгий взгляд, притихшая Билли все еще держала мой мобильник, — пытаясь вспомнить наши с Лайонелом разговоры. Похоже, все они действительно крутились вокруг его персоны, даже когда мы гуляли или ели фруктовый лед. Мики покачала головой.

— Ты слишком наивная. Как ты можешь этого не замечать?

Билли вернула мне телефон с робкой улыбкой, как будто извинялась за бесцеремонное поведение.

— Мы не зануды. Надеюсь, ты так не подумала. Но согласись, это совершенно нормально — спрашивать у человека, как дела. Мы тоже видимся каждый день, но я всегда спрашиваю тебя, потому что мне интересно знать. Мики права.

— Он пользуется тобой, чтобы тешить свое эго. А ты настолько добрая, что даже не осознаешь этого. — Мики нахмурилась и сквозь зубы процедила ругательство, и Билли шутливо пихнула ее в бок.

— Извини, Ника, в таких случаях Мики просто не может сдержаться. Ничего не поделаешь, так выражается ее беспокойство за кого-нибудь.

Последняя фраза эхом повторилась у меня в ушах. Я смотрела на Мики, чуть не плача. Она за меня беспокоилась?

— Мы будем заниматься или нет? — проворчала она, склонившись над учебником.

— Ника, — с улыбкой спросила Билли, — в твоем приюте были такие вредины, как наша Мики? Мики посмотрела на нее и попыталась наступить ей на ногу, а Билли кинулась на нее с объятиями.

Нет, я не помнила, чтобы в Склепе кто-нибудь обо мне беспокоился. В памяти всплыло только одно имя. Тусклая свеча, горевшая там с тех пор, как она уехала: Аделина.

Аделина и ее руки, заплетающие мне косы, промывающие ссадины на коленках. Аделина, которая была немного старше меня и других детей… Я улыбнулась, чтобы разрядить обстановку.

— Нет, там никто не защищал меня с таким рвением.

Я поняла, что сказала не очень удачную фразу. В глазах Билли отразился невысказанный вопрос.