Слепень

В каждом из двадцати пяти номеров имелось паровое отопление, электрическое освещение, ванная комната и душ. К услугам деловых людей были переводчики, комиссионеры и междугородняя телефонная связь.

Клим Пантелеевич расплатился с извозчиком. Дорога обошлась в полтинник. На фамилию Ардашевых портье заказал два билета на завтрашний пароход до Туапсе и выдал семейной паре ключ. Коридорный тотчас же потащил чемоданы на второй этаж. Сутки проживания в номере из двух комнат стоили четыре рубля.

Окна номера выходили прямо на Серебряковскую улицу. Оставив вещи, Ардашевы спустились в ресторан, расположенный на первом этаже. Это был большой зал, украшенный тропическими растениями. Наклеенное у входа объявление гласило, что играет салонный оркестр под управлением известного скрипача Валериана Семёнова.

Остаток вечера Клим Пантелеевич и Вероника Альбертовна провели в прогулке по Новороссийску, напоминавшему скорее Константинополь, нежели европейский город. Хотя по улицам иногда проносились редкие автомобили, пугавшие встречных фаэтонных лошадок.

По дороге в гостиницу Ардашев купил свежий номер «Черноморской газеты». Среди прочего на последней странице поместилось крохотное объявление правления Общества Армавир-Туапсинской железной дороги о том, что с пятнадцатого июня во всех отделениях банков (Северо-Кавказский коммерческий банк, Русско-Азиатский банк, Азовско-Донской коммерческий банк, Петербургский международный коммерческий банк) начнутся годовые выплаты процентов по облигациям Армавир-Туапсинской железной дороги за 1913 год. «Ну вот, — вздохнул Клим Пантелеевич, — всё-таки надо было ещё прикупить облигаций. Общество регулярно выплачивает проценты. Интересно, успел ли профессор вложить два первых лотерейных выигрыша в них, или не стал рисковать?»

IV

Двухпалубный пароход «Сокол», принадлежавший Русскому обществу пароходства и торговли, отошёл от причала в три пополудни. Он возил грузы и пассажиров на линии Новороссийск — Батум. За рубеж не ходил и эксплуатировался только на Крымско-Кавказской линии.

В глазах вояжёров город постепенно превратился в тонкую полоску берега, едва заметную с корабельной палубы. Клим Пантелеевич и Вероника Альбертовна расположились в шезлонгах, дегустировали местные высокие сорта вин — сотерн (семильон), каберне и рислинг.

«Сокол» плавно скользил по гладкой поверхности моря, оставляя за собой бирюзовый след. Матросы в форме РОПиТа, с красными кушаками и буквами «Р.О.П.Т.», выполняли работу со знанием дела, без суеты. Капитан корабля, в белом мундире, с тремя звёздочками на воротнике, с белым чехлом на тулье фуражки, важно прохаживался по палубе.

Ближе к вечеру подул ветер, и началась небольшая качка.