Сладостное заточение

Мне действительно нужен мой друг сейчас, когда я смотрю на рваное кружево в своей руке. Мой разум начинает гудеть от всего того, что я хочу сказать ему.

— Все в порядке, мисс Веронезе?"

"Я поднимаю глаза, встречаясь взглядом с Пеппе в зеркале заднего вида. Пусть он и одет в красивый темно-синий костюм, но вокруг него есть темная аура. Грубость, и, может быть, даже немного опасности. Он не кажется мне обычным старым водителем, даже если он работает им столько, сколько я себя помню.

— Да, все хорошо, — бормочу я.

Когда он снова смотрит на дорогу, я достаю свой фиолетовый блокнот и переворачиваю на чистую страницу, следующей за эскизом, блузки с красивыми рукавами-фонариками, над которым я работала. Достав ручку, я, как обычно, начинаю свое письмо со слов ""Дорогой Массимо"". Не то чтобы он был для меня ""дорогим"" или что-то в этом роде, просто так принято начинать письма.

Я трачу не менее десяти минут на описание сложных деталей блузки — начиная с трудностей в правильном выполнении выкройки, затем с усложнениями манжет и скрытой пуговицы сзади. После этого я перехожу к рассказу о тканях, которые я рассматриваю для пошива, перечисляя плюсы и минусы каждой из них.

Затем я сообщаю Массимо о барбекю, которое папа устроил в начале этой недели и на котором присутствовало большинство членов La Famiglia. Это было большое событие. Я пишу два абзаца, описывая наряды, а также сплетни, которые я подслушала за те пятнадцать минут своего присутствия там.

Когда слова ложатся на бумагу, я начинаю чувствовать себя лучше, но ситуация с Кеннетом все еще свежа в моей памяти. Оправившись от стычки с этим придурком и не желая сваливать еще одну груду своих бед к ногам сводного брата, я добавляю пару коротких предложений о том, что произошло. Я не вдаюсь в подробности и заканчиваю письмо тем, что называю Кеннета Харриса засранцем, который заслуживает быстрого пинка под зад.

Я подписываю письмо, как всегда, — Захара .

Мне нравится мое полное имя, но кроме моих учителей никто меня так не называет. Для остальных я всегда Зара. Когда я была маленькой, я не могла выговорить Захара. Я путалась в слогах и в итоге говорила «Зара». Это прижилось. Мне нравится мое имя, но сейчас кажется глупым просить всех называть меня Захарой. Так что я не заморачиваюсь.

— Пеппе, — я хлопаю водителя по плечу, — мне нужно ненадолго заехать на почту.

* * *К тому времени, как мы приезжаем домой, дождь льет как из ведра. Я не жду, пока Пеппе откроет мне дверь, просто выскакиваю из машины и бегу через подъездную дорожку к главному входу. Не думаю, что он заметил мой порванный рукав, и я хочу, чтобы так и оставалось. Если он расскажет отцу, меня начнут преследовать, и у меня не останется выбора, кроме как дать объяснения.