Сладостное заточение

Было бы легче перевести меня в другую школу, как он уже делал раньше. И тогда я бы чувствовала себя еще большим неудачником.

Я спешу через школьный двор к западной стороне кампуса, когда чья-то рука касается моего плеча, и я подпрыгиваю.

— Привет, Зара! Хочешь пойти к Дане посмотреть фильм?

Я выдавливаю из себя легкую улыбку и смотрю на сестру.

— Нет. Я… мне нужно учиться.

— Ты уверена? — спрашивает Нера. — Мы могли бы… Боже мой, что случилось с твоей блузкой?

— Мой рукав зацепился за дверную ручку, — лгу я.

— О? — она прищурилась, глядя на мою испорченную блузку. — Кто-то опять тебя достает?

— Конечно, нет. Я не смотрела себе под ноги. Вот и все.

Когда мне было девять лет, я совершил ошибку, признавшись сестре в том, что меня дразнят в школе. Я рассказала ей, что мальчик из ее класса обзывал меня. Несмотря на то что Нера была миниатюрной одиннадцатилетней девочкой, она выследила моего обидчика на перемене и подралась с ним. Она заработала синяк на подбородке и две недели домашнего ареста. А когда мы вернулись домой, папа наказал ее за ""отвратительное, не соответствующее нашей родословной"" и ""позорящее фамилию Веронезе"" поведение.

Я больше никогда не буду ставить сестру в затруднительное положение, потому что она считает нужным защищать меня, только потому, что я слишком труслива, чтобы постоять за себя. Слава Богу, в этом году большинство ее классов находятся в отдельном здании. Теперь она не сможет быть свидетелем большинства моих столкновений с Кеннетом..

— Развлекайтесь, девочки. Увидимся вечером. — Я сжимаю руку Неры и направляюсь к машине, которая ждет меня у ворот кампуса. Она припаркована прямо за большим внедорожником, принадлежащим отцу Ханны, и я замечаю, как моя подруга садится в нее сзади, коротко махая мне рукой. Я рада, что она сейчас спешит на свои уроки танцев и у нее нет времени остановиться и поболтать. Она бы сразу поняла, что со мной что-то не так.

— Мисс Веронезе, — кивает мой шофер Пеппе, придерживая для меня дверь.

Не встречаясь с ним взглядом, я проскальзываю на заднее сиденье.

Дорога до нашего дома занимает около получаса, и обычно я трачу это время, бесцельно глядя в окно. Однако сейчас я не могу усидеть на месте. Хотя окна подняты, а кондиционер выключен, по моей коже пробегает дрожь, а тонкие волоски на голой руке встают дыбом. Воспоминания о той сцене в школьном коридоре заполонили мой разум. Я бы с удовольствием поговорила об этом с кем-нибудь, просто чтобы я могла громко обозвать этого безмозглого Кеннета говнюком и придурком. Если бы мой брат Элмо был жив, я уверена, он бы выбил все дерьмо из Кеннета. Он бы никому не позволил меня трогать или обзывать. Или, по крайней мере, в это я предпочитаю верить. Я почти не помню Элмо, но Нера помнит.