Скованные

Его ноздри раздувались, грудная клетка вздымалась, и единственное, что действительно радовало — отсутствие его эмоций. Пока он отстраненно-равнодушен, я в относительной безопасности.

Недовольное рычание и шипение отвлекло всех. Синхронно посмотрели на выход, Нэнси до боли сжала мою руку. Это слегка отрезвило. Тело стало бунтовать тише.

Шин… Ше… Шейн, кажется… Плевать, как его имя. Он за руку волок сопротивляющуюся девушку. Она колотила по каменным мышцам, требовала отпустить и сыпала всевозможными проклятьями.

— Боже, боже, — зашептала Нэнси, — что теперь будет?

Вряд ли кто-то знал, что с ней сделают. Кроме столичных. Они с предвкушением наблюдали за брыкающейся первокурсницей, потягивали коктейли через соломинку. Для них происходящее — интерактивное представление с полным погружением.

— Пусти меня, придурок!

Как же ее имя… Кажется, ее не было на парах. Лица не узнаю.

— Почему сама не пришла? — Дрейк рассматривал новоприбывшую.

Даже почудилось сожаление в его тоне, что само по себе удивительно.

Брови сами собой приподнялись. Дрейк заметил, усмехнулся, подмигнул мне и вернулся вниманием к опоздавшей.

Что это, черт возьми, значит?!

Нэнси практически прилипла к моему боку. Я плюс-минус на полторы головы ниже. При нашей разнице в росте наверняка выглядим комично.

— Я не собираюсь перед вами пресмыкаться, — прошипела девушка, впиваясь ногтями в руку Шейна.

Он скривился и оттолкнул ее от себя вперед. Она по инерции пробежала вперед, успев затормозить у края бассейна.

— Фу, некрасивое слово, — прокомментировала незнакомая столичная и заткнула рот соломинкой.

— Не надо ее слушать, — лениво заговорил парень со смазливой внешностью. — Она не пришла сама, разодрала Шейну руку, шипит и скалится. Надо ей доходчиво объяснить правила поведения в Амоке.

Столичные солидарно кивали, поддакивали. Двое крепких парней поднялись с похабными улыбками. Следом за ними встали еще двое.

Нэнси дрожала, и я вместе с ней.

Девушка пятилась на нас, требуя не приближаться к ней. Столичных это лишь раззадоривало.

Наши одногруппники смело вышли вперед.

— Что вам надо? — выпалил Питер резко и нервно. — Зачем вы нас сюда привели?

— Не торопись, не все сразу, — хмыкнул один из четырех.

— Вам все подробно объяснят, — добавил другой, отталкивая Питера с дороги.

Рюк замахнулся, но удар опередил появившийся рядом Шейн.

С замиранием проследила движение кулака. Хруст челюсти настолько явный, что к горлу подступила тошнота.

Одногруппник безвольно упал, отключившись.

Питер сглотнул рвущееся наружу ругательство и под взглядами пятерых столичных отступил.

Интересно, меня они тоже вырубят? Возражать не буду.

Сбросила руку Нэнси, изрядно измявшую рукав, и шагнула вперед.