Никому не скажем

На мне до сих пор остался его запах: коктейль из одеколона, сигарет и запаха его кожи.

Брат снова начал курить. Он бросал. А теперь даже это сломалось.

После истерики пришло такое опустошение, что на душ сил просто не оставалось. С трудом помню, как переоделась и легла в кровать, вышвырнув с нее плюшевого дельфина. Сейчас он снова со мной. Мама подняла и положила под спину.

— Расскажешь мне, что произошло? Захар ходит злой, как сам черт. Того глядишь, взорвется. Он опять виделся с Алисой? — пожимаю плечами. — Ладно. Вечером папа возвращается. Сам с ним поговорит. А я сейчас что-нибудь вкусненькое тебе приготовлю.

— Спасибо, — хриплю в ответ и тут же морщусь от боли в горле.

Мама переживает и заботится обо мне. День тянется как жвачка на раскаленном асфальте. Нахожу в себе силы попереписываться с Августом. Выпрашиваю у него несколько фотографий. Правда в ответ приходится делиться своими. Он обещает завтра заехать за мной сразу после занятий. Еще погуляем. Я очень хочу. Не то, чтобы с конкретно с Зориным, я бы и Сашей погуляла. Мне просто нужно развеяться. Но не сегодня.

Сегодня даже уроки делать не буду. Смотрю грустные, романтичные фильмы, слушаю музыку и обнимаю дельфина.

Из комнаты выползаю только на поздний ужин. Растрепанная, в пижамных штанах и помятой футболке. Папа улыбается, глядя на меня. Машу ему ладошкой, жестом показывая, что все еще болит горло. Он крепко обнимает. Втягиваю запах улицы и машины с его одежды. В его крепких, надежных руках я всегда чувствую себя уютно и в полной безопасности. Мне кажется, если все вокруг начнет рушиться, меня даже не зацепит, потому что у меня есть такой мощный щит, хоть и довольно строгий.

— Я тебе кедровые орешки привез, как ты любишь, — гладит большой ладонью по спине. Мягко отстраняет за плечи и внимательно рассматривает. — Чего глаза такие воспаленные? Плакала? — хмурит густые брови.

— Нет, — шепотом.

— Брат твой где?

За его спиной хлопает дверь.

— В магазин выходил. Здарова, бать, — пряча сигареты в карман, тянет руку Захар.

Меня отпускают для крепкого мужского рукопожатия. Сбегаю к маме на кухню, чтобы еще некоторое время не встречаться с Захаром.

Помогаю ей накрыть на стол, пока мужчины переодеваются и моют руки.

Папа садится на свое любимое место, а я забираюсь на табуретку у стены, наискосок от брата. Сердце бьется все чаще под его внимательным, тяжелым взглядом. Но внимательный у нас не только Захар.

— Чего не поделили? — усмехается папа.

— Я запретил ей встречаться с Августом. Вообще с кем бы то ни было, пока не окончит школу, — зло выдает Захар.

— О как. А Стася встречается с Зориным? — отец переводит взгляд с меня на Захара, потом на маму.

— Ну чего вы нагнетаете? У девочки вчера было первое свидание. Я разрешила. Нормальный же он парень.