Сирота

Но поджав губы держалась, весь вечер держалась, чтобы не сказать ничего лишнего хотя было видно – хотела. И в церкви соглашаться явно не рвалась, но…

«Жена… – пронеслось у парня голове… – Твою же мать… во что я вляпался?»

Но отступать было поздно. Там – за дверью – находилась толпа новых и старых родственников в изрядном подпитии. И все они ждали крови на простыне. И уже не отвертеться.

Андрейка подошел к девушке и взял ее за плечи. А дальше завис. И даже как-то опустил взгляд, погрузившись в свои моральные терзания.

По местным меркам – все хорошо. Они оба считались совершеннолетними. Но он-то продукт XXI века. Поэтому ему, с высоты сознания без малого тридцатилетнего мужчины все происходящее казалось несколько диким. Ведь эта девушка была для него ребенком. Да, половозрелым. Но ребенком. Во всяком случае – по уровню развития личности.

Однако Марфа восприняла эту нерешительность и потупленный взгляд иначе. Она всхлипнула еще раз. Тяжело вздохнула. И попыталась взять инициативу в свои руки, буркнув:

– Эх… ничего-то ты не понимаешь, Джон Сноу…

– Что ты сказала?! – обалдел Андрейка крепко сжав ее плечи, не давая вырваться.

– А? Ничего. Не обращай внимания. Это наше… семейное…

– Так ты из одичалых? То-то я смотрю яблоками мочеными кидаешься.

Марфа выпучила глаза от удивления, уставившись на Андрейку. Тот, с точно таким же выражением лица, смотрел на нее. Так они и простояли, наверное, с минуту или даже две, пока парень, нарушив тишину, не спросил:

– Когда?

– Когда я тут оказалась?

– Да.

– Сразу после нападения татар летом.

– Я тоже. А как все произошло?

– Я сидела за компом в шлеме виртуальной реальности. Тут меня что-то ударило, как будто током. Сильно. И темнота. Очнулась в комнате на лежанке, уже в этом теле.

– А по какому адресу?

Марфа ответила.

– А квартира?

– Двадцать пять.

– Ай да профессор!

– Профессор?

– Да. Меня он забрасывал сюда специально, так как там я был смертельно болен. А он, видимо, как-то и тебя зацепил.

– Профессор… профессор… Погоди ка. Клим Дмитриевич Дементиев? Из двадцать четвертой квартиры?

– Он самый.

– Не знала, что он был профессором.

– Ты с ним была знакома?

– Он какие-то исследования проводил и ему не хватало вычислительных мощностей. Вот он и попросил поставить у меня программку для переноса части вычислений на мой компьютер. Машинка у меня мощная… была…

– Ясно. А как звать тебя на самом деле?

– Алиса.

– А я Андрей. Там так же звали. До смешного. Прохоров.

– Прохоров? А я тебя видела. И слышала о тебе. Клим Дмитриевич про тебя рассказывал. Говорил, ты ему много помогаешь. Называл тебя лаборантом и нахваливал. Да мы даже встречались несколько раз. Не помнишь? Когда ты искал преподавателей по исторической грамматике, то ко мне обращался за помощью.