Синекура

— Ну ты и сука, дворецкий, — сдавленно произнесла я и резко поднялась из-за стола.

— Не лучшая идея, — тихо произнес он, глядя как покачнулось мое тело. — Вика, сядь на место."

"Я пошла на выход и натолкнулась глазами на двух мужиков, внимательно наблюдающих за моим нетвердым шагом. А вот и грузчики. Зло улыбнулась и пошла на выход. Думала, перехватят. Нет. Дали выйти на своих ногах — вокруг слишком много свидетелей. Цапнула с края ближнего к выходу стола чей-то мобильный. Там не сразу сообразили, слава богу.

Выйдя из зала, я уже понимала, что из ресторана я выйти не смогу. Стало трудно дышать, немели ноги. По стенке до туалета. Внутрь. Закрыла дверь неверными пальцами. Дышать тяжелее, а сердце в бешеном плясе. Обрывается, сбивается с ритма… Сука, ты же знал об этом… Какая же ты сука, Эдик…

Чувствовала, как сердце замирает и как снова начинает пробивать грудную клетку. Непередаваемое ощущение, когда мотор замирает. И стремясь компенсировать отбивает пропущенные такты ускоренно. И снова сбивается.

В голове туман. Вязкий, путающий мысли, погружающий в страх. Сейчас глюки долбанут. Я уже их чувствовала, уже понимала. Потому что паника от того, что мне все тяжелее дышать, вытесняла сознание из рамок рациональности и осознания происходящего. Нужно звонить сейчас, иначе я вообще ничего не смогу.

Не сразу набрала номер, сначала позвонила не туда. Сбросила. Набрала снова. Гудки.

Стало жарко, невыносимо жарко. Села на пол. Нет. Упала. Звук удара разорвал болото в голове. Удара в дверь. Кто-то громко потребовал ее открыть. Не-е-ет… не выбьют. Ждут когда я перестану осознавать вообще. Мрази ебанные, какие же мрази…

Боли не было. Ничего не было. Перед глазами все расплывалось. Не соображая, поползла к унитазу, прижимая сведенными судорогой пальцами трубку к уху и почти не различая гудки за шумом в ушах. Я отплываю, пришвартуйте, блядь! Гудки прекратились — взяли трубку. Заебись, стыкуемся.

— Виктория Евгеньевна, вы гд?.. — строго начал Гена, но я его перебила сипло, с трудом выдавливая из глотки, которую вот-вот должен сдавить спазм:

— «Азалия» на Гагарина. Я в туалете, сейчас отключусь, траванули дурью, депрессанты скорее всего… и выламывают дверь… — секунда и все. В мыслях хаос, в теле ужас, — ресторан Гагарина на «Азалии»… помогите… азалия выламывают дверь…

— Едем. Дверь подопр…

Я не услышала. В голове взрыв одновременно с новым ударом в дверь. Звук удара размножился, переродился в страшный скрежет когтей по полу, под ослепляющем огнем перед глазами и ушел в вязкий, густой туман, через который становилось почти невозможно дышать. Взрыв и туман снова. Я тупо смотрела на унитаз и никак не могла понять, зачем я сюда ползла. Стало холодно. Очень-очень холодно. Невыносимо. Зубы застучали почти в ритме с сердцем.