Закон сильной женщины

— Сизов Иван Дмитриевич. — Воронов старался не обращать внимания на Самохина, который точно ерничал неспроста.

— Да, Сизов. Ты допросил его? Он что-то видел?

— Его не удалось обнаружить. — Воронов старался не выдать волнения голосом. — Мои ребята обзвонили все больницы, морги — его нигде нет. И на своем обычном месте он с того дня не появлялся. Тело его не обнаружено, мы проверили.

— Гм. — Полковник на минуту задумался, потом глянул на Самохина и снова сделался строгим. — А что, если это он напал на Богданову? Раздел ее, но не успел совершить никаких действий, потому что его спугнули?

— Это исключается, товарищ полковник. — Воронов покосился на хихикающего Самохина. — Сизов непременно оставил бы свой след на ее теле. Он грязный, как…

— Понял, — перебил полковник.

— Плюс ему негде взять препарат, которым ее накачали. Сильнодействующее обезболивающее, применяется при онкологии, в сочетании со снотворным. Тело Богдановой было абсолютно чистым, будто ее тщательно помыли перед тем, как оставить на пустыре, — так говорили мне врачи. Бомж таким его оставить не смог бы.

— Не смог бы. И пропал. Странно все это, ты не находишь, Воронов?

— Что, товарищ полковник?

— То, что ты уцепился за эту женщину как за единственную ниточку, которая выведет тебя на маньяка. Ты потерял столько времени, пока… — Он неуверенно глянул на Самохина — тот с каждой минутой выпячивал грудь все сильнее. — Пока твои коллеги шли другим путем. И им удалось сделать то, что не удалось тебе. Они взяли его, капитан Воронов.

— Кого? — Между лопаток снова сделалось холодно и противно, как если бы ему кто-то швырнул кусок льда за шиворот.

— Взяли маньяка. Самохин и его группа. — Полковник беззвучно пожевал губами, и снова Воронов прочел в его глазах неуверенность. — Он дал признательные показания по всем эпизодам, кроме потерпевшей Богдановой.

— Вот как, значит.

У него, честно, голова закружилась. Он не верил! Не верил, что Самохину удалось, да еще так запросто, то, что не удалось ему. Так не бывает.

— И кто же он, товарищ полковник?"

"— Это учитель. Учитель начальной школы. Обычный, неприметный человек. Добрый, вежливый. С проблемами сексуального характера. С этими проблемами он неоднократно обращался к докторам, гм. К слову, капитан, его облик полностью соответствует психологическому портрету, который для нас подготовили специалисты.

— И в который ты не верил, Володя, — с легким упреком вставил Самохин.

Но Воронову в его реплике послышалось нечто большее. Слова Самохина звучали так, как будто он уже прозревал аплодисменты. Не умозаключения следователя, а гортанный клич самца-победителя. Самохин наверняка мысленно свой торс уже увековечивал в бронзе.