Ружемант 5 (СИ)

Бейка появилась из-за угла здания — сколько она там простояла? И когда успела там оказаться? Решил, что обойдусь без ответов. Чувствовал себя как никогда паршиво: вспомнил, какую популистскую чушь нес, какими мыслями забивал детскую голову — стало не по себе.

Оратором мне, может быть, не стать, но способности к подобному точно есть.

— Есть закурить? — спросил, сам не зная зачем. Бейка обошлась без лишних вопросов; протянула пачку, дала прикурить.

Я тут же закашлялся.

— Как ненавязчиво ты жаждешь похвалы, просто диву даюсь…

Постояли у машины, Бейка присоединилась ко мне. Курить у нее получалось не в пример лучше моего.

— С ней? Или вообще? — хмыкнула командующая, пожала плечами. — Ну ты же сам только что подписал ее на то, о чем говорил.

— А без меня никак нельзя было обойтись? Зачем все это — психологи плохо с ней работали?

— Мы это уже обсуждали по дороге сюда. Садись, новости последние посмотри: там немало хорошего.

Отчаянно на это надеялся. Оглянулся на монумент здания за нами: в самом центре осталась маленькая девочка. Только что своими словесами я уговорил ее ринуться в самое горнило политических битв за будущий мир. Вспомнил, как читал в детстве греческие мифы. Герои казались мне игрушками богов. Возмущался: на месте Геракла я бы плюнул на все, что предлагали, и пошел своим путем. Был мал, наивен и глуп: герои делали то, что должны были делать, иначе просто было нельзя.

В пору лихой юности как-то упрекнул друга-ботаника, Миху, что собирает контрактникам гуманитарку: носки, печенье, теплые одеяла. Смеялся: пока он тратит жалкие копейки на то, чтобы помочь, олигархи жиреют, разъезжая на мерседесах. Тогда он сказал, что ему все равно — он хочет спасти как можно больше своих ребят. Потому что по-другому он не мог.

Прав ты был, Миха, как никто другой. Иногда делать приходится то, что не должен, но просто по-другому не в состоянии. Совесть не позволит…

— Это не последняя твоя встреча с ней. Она будет возвращаться: вечно торчать ей там не разрешат, да и без надобности.

— Будете меня толкать к ней раз за разом?

— А разве ты сам не рад еще раз увидеться с ней? Чем-то ты ей запал в душу, Потапов. То ли в нужный момент рядом оказался, то ли показал что-то такое, что произвело на нее большое впечатление. Народ здесь неделями ее шлифовал и не добился того результата, что ты сумел всего одним разговором.

— Так что же, сейчас я самый главный миротворец в стране? Может, мне из ружемантов в дипломаты податься: осталась там где машина Скарлуччи? Сменю класс — и вперед!

Бейка прыснула в кулак, покачала головой.

— Смотри, в Вербицкого не превратись. Он тоже с хороших намерений начинал.

Пропустил насмешку мимо ушей, постучал по виску.