Пари (СИ)

Выждав, пока в моем коридоре покажется первая живая душа — к частью, мужчина и примерно мой ровесник — останавливаю его вопросом, где тут кабинет директора по экономическому развитию. Говорю, что заблудилась, потому что это в принципе близко к правде, даже если истинная причина моего вопроса — полное непонимание того, где мой кабинет и есть ли он вообще.

Парень, немного оторопев, тычет пальцем мне за спину.

Там дверь.

— Этот кабинет? — переспрашиваю на всякий случай. Еще не хватало ввалиться на чужую территорию и снова опозориться.

— Н-н-ну, да, — заикается парень.

Я благодаря его улыбкой, нажимаю на ручку и заглядываю внутрь, в просторную приемную, где за красивым полукруглым столом сидит огромная, похожая на бочку женщина в здоровенных очках, сером кардигане и накинутой на плечи вязаной шали, хотя на улице тепло. Она мерит меня подозрительным взглядом.

— Вы к кому, девушка? — Голос у этой странной, словно сошедшей со страниц старых английских детектив женщины, тоже неприятный. Как будто царапающий.

— Я Виктория Николаевна Яновская, — называю свое имя внятно и четко, надеясь, что на этом все вопросы будут исчерпаны, а эта женщина, наконец, приступит к прямому исполнению своих служебных обязанностей. Если это мой кабинет, то, стало быть, она — моя личная секретарша и должна как минимум сварить мне вкусный кофе.

Но она даже не думает вставать. Просто еще немного приспускает очки на кончик носа. Потом делает пару кликов мышкой и в наш разговор вклинивается механическое жужжание принтера. Она протягивает мне напечатанный лист.

— Ваше расписание на сегодня, — сообщает с таким видом, словно проделала титанический труд.

Это список из тринадцати пунктов.

Тринадцати, боже.

Я пробегаю по нему глазами, надеясь увидеть в списке обед и парочку перекусов, но нет — это полноценные пункты, среди которых масса непонятных слов. Слава богу, среди всей этой «красоты» нет пункта: «ОТдаться Большому боссу трижды».

Бр-р-р!

Меня передергивает от одной мысли о том, что пару минут назад язык Лекса хозяйничал у меня во рту, а я еще и находила это весьма… приятным. Точно все от стресса от недосыпа, так что во избежание подобных «сбоев» нужно сделать все, чтобы минимизировать наши с Лексом встречи в пределах пяти метров.

— Вы свое имя мне сами назовете или мне лучше поинтересоваться в отделе кадров? — спрашиваю свою помощницу. Но мысленно делаю зарубку избавиться от нее как можно скорее. Не представлю, что каждое утро меня, в своей собственной приемной будет встречать такое кислое лицо.

— Бовт Валентина Григорьевна. — Она произносит свои имя таким тоном, будто делает мне королевское одолжение.

— Хорошо, Валентина Григорьевна. А теперь сварите мне американо со сливками и с одной таблеткой сахарозаменителя.