Непокорная для шейха (СИ)

Наверное, секунд с десять мы смотрели друг на друга, изучая и возможно, прикидывая, чем сможем друг другу помочь. Наконец, улыбнувшись уголком чувственных губ, незнакомка расслабленно упала в кресло.

— Так вот ты какая, жемчужина Висама. Кира, верно?

Меньше всего я ожидала услышать русскую речь, чистую, без акцента. Хотя чему удивляться, если у красавицы был типично славянский тип внешности?

— Я Зулейха. Черт, Юлька по-нашему, короче. Не смотри так, будто вцепишься, я не первая жена Висама, и не его наложница. К сожалению.

— Кира, — повторила я, не успевая за хаотично взметнувшимися мыслями. — Рада знакомству. Ты… Жена эмира?

По лицу Юли прошла презрительная гримаса.

— Нет, я не жена Давуда. Рожей не вышла, так сказать. Но поверь мне, жить в отдельном имении и иногда ублажать нашего господина куда лучше, чем киснуть во дворце с этими змеями. Да что рассказывать, Амани видела?

Я кивнула, с удивлением наблюдая за Юлей. Миловидная. Лицо облагорожено скальпелем пластического хирурга, украшений немного, но скорее всего потому, что она их не особо любит. Во всем облике дерзость, несгибаемость. Видимо, ее пытались обтесать, как пытаются меня, но она не сдалась.

— Висам попросил составить тебе компанию.

— И рассказать, как же мне повезло, что его взор пал на меня? Научить целовать ему туфли? Для этого?

— Теперь я понимаю, почему ему так отстрелило тобой голову. Они любят таких, как мы. Несгибаемых. Даже если говорят, что нравится ломать, не верь. Им нужен огонь. Местные амёбы редко такое дадут.

Она открыла сундучок и подмигнула.

— Я принесла кое-что. Чтобы ты не скачала. Так, шоколад… Журналы на русском языке… И Библию.

Я скептически посмотрела на тяжёлый Коран в ее руках. Она что, хочет, чтобы я начала его изучать? Ядовитые слова едва не сорвались с моих губ, но Юлька, предвкушая мою реакцию, открыла маленьким ключиком застёжку, распахнула книгу. В следующую секунду в ее руках появилась… Бутылки виски.

— Ничего себе! — не выдержала я.

Юля подняла бутылку вверх, и придав лицу комичное одухотворенное выражение, задекламировала:

— Не пей вина! — в вине сидит шайтан.

— Не пей вина! — вино таит обман.

Не пей вина! Другое дело — виски:

Ведь "Чивас Ригал" нам Аллахом дан!

От такой вольной и кощунственной интерпретации Омара Хайяма от моей паники и зажатости не осталось и следа. Я прыснула в кулак, чувствуя, как расправляются зажатые мышцы. Эта девчонка была точно добрая дерзкая фея.

— Нам за это не прилетит? — все же сочла нужным спросить я. — Амани уже намекнула о том, как здесь наказывают… Плетей не всыплют?

— Разве что от Аллаха. Могло бы. Если бы я приняла ислам, и ты тоже. Но, вижу, хватило ума этого не делать?

— Как ты попала сюда? — мой страх сменился любопытством. — И давно?

— А, лет пять уже.