Иного не желаю. Часть третья (СИ)

—На самом деле могут, — прикусив мочку моего уха, протянул Этьен. – Но для этого нужен специальный обряд.

—Зачем?

Этьен тихо засмеялся.

—Затем же, зачем женщины впитывают в себя запах своих мужей, а щенки – силу своих отцов. – Валуа, как будто невзначай задев ладонью мою грудь, опустил руку на живот и загадочно добавил. – Мы, Таис, раса не просто хищников, но воинов, а ни одно войско невозможно без железной дисциплины. И без стопроцентной преданности своему вожаку.

Вытянув руку вверх, Этьен поймал прядь моих волос.

—Поэтому не стоит проявлять мягкость там, где она не нужна. Правь, Таис – покажи всем, что ты не просто оборотница — ты Луна стаи.

И я, чувствуя, что снова поддаюсь его словам, и правда попыталась это сделать, только вот, куда бы я ни направлялась, меня всегда опережала Моник, которая теперь постоянно присутствовала в замке – на завтраках, ужинах; в библиотеке, на лестнице, в коридоре возле кабинета Гийома — везде, где оказывался Этьен или я. И если в присутствии Валуа она изображала из себя кроткую – но развратную овечку, то когда мы оказывались наедине…

??????????????????????????

Нет, она не хамила в открытую.

А презрительные ядовитые взгляды, насмешливое фырканье или тихие перешёптывания со слугами, в которых я точно слышала своё имя – разве этого могло быть достаточно для того, чтобы пожаловаться Этьену?

Скорее всего, нет.

И, несмотря на его доброе сейчас ко мне отношение, я прекрасно помнила то, что случилось в Испании, и потому благоразумно молчала, пытаясь как-то сама справиться с ситуацией.

Потому что это, возможно, был мой единственный шанс остаться в своём нынешнем положении и после родов.

И потому, прикусив язык, я улыбалась, пытаясь разговаривать со слугами; и снова улыбалась, когда слуги делали вид, что не понимают, о чем я говорю.

В один из таких дней Гийом задержал меня на осмотре дольше обычного. Потом я узнала, что доктор уже привёл в «боевую готовность» медицинское «крыло» замка – так, что теперь мне не было никакой нужды ехать рожать в госпиталь: госпиталь приехал ко мне на дом.

А ещё Мари вдруг стала показывать на мой живот и говорить, что он «съехал вниз». Я долго силилась понять, что она имела в виду, и моей помощнице пришлось дважды повторить свою фразу на английском, пока я поняла, что это не она, это я перевожу неправильно.

Это, кстати, было очень смешно, но с возвращением в Ангулем, мой английский стал быстро размываться под «французским» давлением, и теперь я всё чаще говорила именно на французском языке или – что тоже бывало довольно часто – коверкала английские слова на французский манер.