Иного не желаю. Часть третья (СИ)

Иногда это оказывалось правильно, иногда – нет, но я, осознавая, что другого решения Совета всё равно не будет, изо дня в день пыталась найти общий язык со стаей Валуа, четко осознавая, что времени у меня почти не осталось.

Нет, я и не надеялась найти контакт с теми надменными, жестокосердечными оборотнями, которые когда-то игнорировали меня на ужинах и вечерних приемах, а всё время пыталась зайти « с другого края», общаясь со слугами, с работниками хозяйственных построек – с простыми оборотницами и оборотнями, которые проживали на территории замка.

Выбора у меня всё равно не было.

Этьен"

"Каждый оборотень ещё с самого малолетства мечтает встретить истинную пару – не потому, что мы романтики, мечтающие о любви, а просто потому, что это самый верный и надёжный способ избежать одичания.

Потом, правда, когда оборотень взрослеет, появляются дополнительные условия к избраннице, вроде надежды найти истинную среди оборотниц или хотя бы сильных полукровок…

И Альфы никогда не были исключениями из правил.

К примеру, Виктор и Север просто надеялись, что когда-нибудь они отыщут истинных избранниц – и не ожидали ничего кроме этого, в то время как Бай, которому однажды пришлось избавляться от не справившегося со зверем родственника, предъявлял к своей будущей паре целый список требований из того, что обязана была иметь его избранница. Никаких полукровок, никаких слабых волчиц на роль своей суки Бай в то время даже не рассматривал. Я же…

… мой список был донельзя прост и короток.

Всего три пункта:

моя пара должна хотеть от меня детей,

никогда меня не предавать

и пытаться влиться в мою стаю.

Таис провалила каждый из этих пунктов.

Она предала меня ещё здесь, в замке, когда написала письмо в своё посольство. Затем, когда убежала к Баеву. А уже после была эта дурацкая история с бетой Бая.

Она предала меня и как Альфу, и как мужчину.

Она думала об аборте, не желая оставаться ко мне привязанной.

И с самого первого дня своего пребывания в замке ненавидела мою стаю.

Сейчас… всё изменилось.

Я чувствовал её нежность к нерожденному ещё ребенку, которого она готова была защитить ценой собственной жизни.

Она, наконец-то, осознала, кому принадлежит — я не слышал в её мыслях никаких идей о побеге, и это не могло меня не радовать.

И наконец-то, она начала хоть как-то общаться со стаей.

Правда, делала она это из рук вон плохо, не понимая, что оборотни, которые работают в замке, не несчастные эксплуатируемые слуги, а получающие хорошее жалование и пользующиеся уважением среди своих знакомых оборотни – ещё бы, они имеют доступ в главный замок Альфы!

Ещё её волчица медленно, но верно просыпалась.