Камаэль (СИ)

Свет от огня плясал на напряжённой спине, рыжие блики ловили острые грани почти прозрачных, тонких чешуек, что протянули вдоль всего его позвоночника – чем ниже, тем темнее они становились, приобретая золотистый оттенок. Не медля, я принялся растирать и спину эльфа, стараясь не касаться тонкой полоски, но сколь велик был соблазн! Хотелось убедиться, что глаза мне не врут, что это всё происходит взаправду, и я всё же провёл по чешуе кончиками пальцев. Острая, она взрезала кожу, и через пару мгновений я глядел на капли крови на подушечках пальцев, не веря себе. Его боялись животные, внутри него клокотал огонь, его острейшая чешуя отравляла моё тело, парализуя и распространяя в крови лёгкий афродизиак.

– Я думал, это всё сказки. – Тихо прошептал я, возвращаясь к своему делу. – Истории для глупых детей, готовых проверить каждому слову. Думал, что разведчики врали. Поверить не могу.

– О чём ты? – напряжённо поинтересовался Лаирендил, и чешуя на его спине слегка шевельнулась, разрастаясь, но быстро замерла.

– Не валяй дурака. – Буркнул я, вновь проводя пальцами по чешуе. – Ты дракон. Не молодой уже, я бы сказал. Пара сотен лет, ближе к пятистам, раз уже обзавёлся потомством. Зависимость от украшений и драгоценного металла в принципе, поэтому у тебя такой доспех. Огонь не обжигал тебя. Звери чувствуют твою суть и боятся. Да и чешуя у тебя явно не от проклятия вылезла. Зачем такому существу вмешиваться в конфликты?"

"– Я выбрал жизнь среди двуногих. – После долгой паузы выдохнул рыжий, подняв голову к небу. Наверное, загляни я ему в глаза, увидел бы там нестерпимую тоску по ощущению ветра в крыльях. – Я не люблю крушить всё вокруг, изрыгать пламя на мирных жителей и красть овец, как принято считать у людей. Вообще драконы не любят это делать. Тёмные поработили мою семью, пока я улетал к морю слушать его глубинные напевы, уничтожили их разум, надев ошейники из сплава двимерита и золота. Мне ничего не стоит разрушить Лар-Карвен и вступить с вампирами и дроу в бой, но этим не спасти мою семью. Будет несправедливо бросаться на кучку муравьёв и поливать их раскалённым металлом из-за собственного гнева. Наша форма причиняет боль, а, долго находясь в ней, мы подчиняемся простейшим инстинктам. Мне это не по вкусу. Я хочу жить, как вы, сражаться, как вы, любить, как вы. – Лаирендил вдруг запнулся, судорожно вздохнул, точно его ударили в грудь со всей силы. – Поэтому я явился к Светлым шестьсот лет назад, прикинулся безродным мальчишкой, пробился в академию, что тогда обучала воинов. Никогда не лез вперёд остальных, не видел в этом смысла, старался не выделяться и жить в тени, изучая вас, запоминая ваши повадки.