Яков. Воспоминания (СИ)

И ее показания будут приняты на веру, потому что ее защитит статус фрейлины. Портфель наверняка уже в руках Разумовского, а следовательно, для меня не доступен, так как обыскивать резиденцию князя мне тоже никто не позволит. Я проиграл это дело, они опередили меня. И единственное, что я могу и должен теперь сделать — это спасти Анну, очистить ее от подозрений.

Вернув ключ управляющему, я поднялся в номер господина Буссе. В гостиной Анны не оказалось.

— Анна Викторовна, можем ехать, — позвал я, предполагая, что она могла просто выйти в соседнюю комнату.

Она не отозвалась. И вообще, в номере было тихо. Слишком тихо.

— Вы здесь? — позвал я снова, боясь поверить тому, что уже понял.

Заглянул в соседнюю комнату. Пусто, разумеется.

Воспользовавшись моим отсутствием, Анна Викторовна покинула номер. Сбежала. Я доверился ей, оставив одну, даже не приставив никого охранять дверь. А вот она мне довериться не захотела. И просто ушла. Я окинул номер взглядом. Мое внимание привлек лист бумаги на столе. Раньше его не было. Похоже, Анна Викторовна соизволила оставить мне записку.

Я поднял листок. Записка была короткая, всего три строки: «Я невиновна и докажу это, — писала Анна. — «Уродец на пороге рая недорого берет за вход».

Что ж, она оставила мне след из хлебных крошек. Я знал, где ее искать.

Но первым, кого я увидел, покинув гостиницу, был Франт с газетой в правой руке. Моим помощникам срочно требовалось мое внимание. И как бы мне не хотелось сейчас пуститься в погоню за Анной, придется уделить им время. В конце концов, о том, что Анна Викторовна сбежала от меня, никто пока не знает. Думается, я успею ее догнать раньше, чем она сможет себе навредить, даже если задержусь немного. Кивнув Франту, что понял, я последовал за ним на некотором отдалении.

На квартире нас ожидали Жук и привязанный к стулу Жан Лассаль. Я посмотрел на него мрачно и присел напротив.

— Где портфель? — спросил я его.

Жан молчал. И судя по взгляду, даже и не собирался говорить что-либо.

— Где Вы его взяли? — спросил я филеров.

— Да как из полиции вышел, мы его и приняли в тихом месте, — ответил Франт.

— Вам никто уже не поможет, — сказал я Жану. — Никто Вас не хватится, если Вы исчезнете. Вы ведь человек-невидимка.

— Странно слышать такие слова от блюстителя закона, — с усмешкой ответил Лассаль.

— Довольно, Жан, — усмехнулся я в ответ, — маски сброшены. Вы знаете, кто я, а я знаю, кто Вы. Здесь нет адвокатов, нет никого, кто оценил бы Ваше мужество и преданность. Ни князь, ни госпожа Нежинская никогда даже не узнают о том, что с Вами случилось.

Он смотрел на меня очень спокойно. Истинный профессионал. Мои угрозы не задевали его, потому что он знал, на что шел. С самого начала знал, что подобное может случиться, и был морально к этому готов.