Рыжее братство. Трилогия (СИ)

Я перевела слова добытчика кору Шеллаю, который, выпучив глаза, с явным возмущением неким святотатством взирал на каменную «дыню».

— Не светится? — растерянно повторил дед, львиная доля возмущения куда-то испарилась, и он жалобно спросил: — Но зачем ваша птица похитила королевский обар?

— Обар? — в свою очередь счел нужным уточнить Киз, озвучивая общий вопрос коллектива.

Магические переводчики никак не идентифицировали словечко. Наверное, оно являлось эндемическим понятием.

— Обар — для левой длани, кабор — для правой, да трон, их хранящий, — три королевских символа Изначального Договора, — машинально ответил архивариус, цитируя что-то нам неведомое, но жутко священное. Руками дедушка делал странные жесты. На одной все пальцы, кроме указательного, выставленного вверх, сжал в кулак, второй сотворил нечто вроде колечка из большого пальца и оставшихся, собранных в щепоть.

— Тогда понятно, — вздохнула я, оглядывая действительно светящийся, если разглядывать под руной

кано,загадочный предмет. Правда, свечение было тускловатым, как лампочка на двадцать пять ватт, но в его наличии усомниться возможности не представлялось.

— Он не птица, деда, — тихохонько поправила старика Риалла.

— Да, Фаль — сильф, волшебное создание. Он видит магию, а значит,

не, — я подчеркнула голосом частицу, — светящиеся трон и кабор не более чем подделка. Что, собственно, и требовалось доказать. Во только странно, неужели артефактчики сами этого не увидели, а если видели и знали, почему смолчали?"

"— Члены Артефа традиционно не вхожи во врата замка, а уж тем паче в тронный зал, исключение составляет лишь Палата Артефа, для встреч надлежащих сотворенная, — выспренним тоном (нам опять что-то цитировали), объяснил Шеллай. — Там сила аров всякую власть теряет.

— Во избежание магического давления власть приняла защитные меры, а защита привилегий обернулась близящимся крахом, — признал Киз, не столько веселясь, сколько оценивая по достоинству горькую иронию ситуации.

— Вы уверены в?.. — договаривать старику нужды не было.

Конечно, ошибка оказалась бы самым простым и приятным из всех возможных выходов. Вот только не знаю, как в жизненном багаже старика, а в моем таких подарков сроду не попадалось. Ни один Дед Мороз под елочку ни разочка не подкинул, хотя я считала себя вполне везучей.

Сильф обиженно фыркнул: какой-то сморчок усомнился — в его! — словах. Уж кем-кем, а обманщиком малютка никогда не был. Ложь мой друг вообще полагал одним из самых противоестественных людских пороков, не присущих благородному роду сильфов.