Боги, пиво и дурак. Том 8 (СИ)

— Я никогда в своей жизни не причинил вреда ни одному человеку.

— Хочешь сказать, все, что ты делаешь со мной — мне на благо?

— Хочу сказать, что вы — кто угодно, только не человек, — отозвался доктор.

— Да что ты говоришь!..

Лысый в первый раз взглянул мне в лицо.

— Вы — Даниил Кораблев, погибший год назад в авиакатастрофе. Ваш энергетический фон не имеет аналогов, тело обладает способностью самовосстанавливаться. Ритуальный нож, которым пытались тронуть вашу грудную клетку, раскалился в руках святейшего патриарха и обжег ему руки. Так что если вы — человек, то я — инопланетянин. И довольно об этом.

Доктор взялся за каталку и, насвистывая, повез меня к двери с решеткой.

— Что со мной будет? — спросил я.

Тот пожал плечами.

— То же, что и с остальными нелюдями. Вы послужите на благо человечества.

Доктор стукнул в дверь, и ее с той стороны открыли два парня в черных костюмах.

Меня выкатили в длинный коридор, освещенный тусклыми желтыми лампочками, как в бункере, и повезли по нему мимо железных дверей. Возле третьей по счету стоял целый отряд охранников — не меньше десяти человек. В бронежилетах, с оружием. При виде каталки они расступились, давая дорогу.

Меня вкатили в большую комнату с каменными стенами, украшенными поблекшими и осыпавшимися росписями. В ближайшем углу сидел уже знакомый мне бронзовый сфинкс. Возле стены на похожей каталке я увидел Фортуну.

Она лежала с закрытыми глазами, будто мертвая. Под глазами — сине-зеленые мешки. На руках и ногах краснели следы ожогов. Медицинская распашонка топорщилась на беззащитном круглом животе."

"У меня сжались кулаки, под языком стало горько. Серьезно? Они пытали беременную женщину только потому, что она — богиня? Да что за хрень творится в этом мире?!

— Почему он под капельницей? — услышал я голос лысого. И, отвлекшись от Фортуны, повернул голову.

В центре комнаты располагалась камера со стеклянными стенами. Внутри виднелось деревянное ложе, покрытое какими-то мелкими значками. А чуть дальше в окружении трех медиков я увидел на каталке Януса. Его волосы остались медно-рыжими — такими, как в последний раз, когда я его видел. Могучее тело покрывала белая простынь. И к его руке действительно тянулась прозрачная трубочка капельницы.

— Господин Кулешов велел еще раз опустошить его до половины перед отправкой, — приглушенным голосом сказал один из сопровождающих Януса.

— Но у нас слишком мало времени, чтобы успеть восстановить его жизненные показатели и безопасно погрузить обратно в анабиоз!

— Господин Кулешов сказал, что его не сильно волнует то, в каком состоянии он прибудет в Лондон. Тем более, что эта добыча вообще не должна подлежать передаче в тот филиал…

Лысый оглянулся на меня.

— Давайте-ка выйдем на минуту в коридор.