Золушка в шоколаде

Она попала на прием к симпатичному лейтенанту Николаю Симонову, а тот рьяно начал проверять сигнал.

Результатом той поездки стала свадьба Алевтины с Николаем и арест директора детдома. Сменилось и руководство психиатрической клиники для взрослых, в Михайлово прибыл Иван Васильевич Каретников с женой Олимпиадой Михайловной и маленькой дочкой Ариной.

Жизнь в детдоме и психлечебнице начала меняться с калейдоскопической скоростью. Неизвестно как, но Иван Васильевич, хоть и молодой, да уже доктор наук, ухитрился объединить два заведения, детское и взрослое, в одно. В принципе подобное было невозможно, но Каретников непонятным образом пробил слияние. Более того, заведение получило статус научного центра, а это означало другие ставки для сотрудников и иное финансирование нужд больных.

Иван Васильевич был невероятным энтузиастом, Олимпиада Михайловна стала верной помощницей мужа. Она обладала даром убедить любого, даже самого неадекватного больного. Уж как это у нее получалось, не знал никто, но Липе не требовался шприц с успокаивающим лекарством. Медсестра просто подходила к разбуянившемуся пациенту, говорила ему несколько слов, и человек затихал.

Иван Васильевич увеличил число медперсонала, а еще он затеял стройку. При главвраче возвели отличный двухэтажный дом, можно сказать, элитное здание для городка, жители которого ютились по избушкам без удобств. В новостройке первый этаж был отдан под общежитие: ряд просторных комнат, общая кухня и пара санузлов. На втором располагались квартиры. В трехкомнатной обитал сам Иван Васильевич с семьей, остальные были «двушками», в них жили врачи.

Все Михайлово завидовало новоселам. Да и было чему! Горячая и холодная вода, газ, электричество, канализация, центральное отопление. А еще – вы не поверите! – в доме имелся телефон. Один аппарат стоял у Ивана Васильевича, второй помещался внизу, у входа. Это был телефон-автомат, работающий при помощи монеты. Но все равно телефон в подъезде в конце пятидесятых годов являлся показателем заоблачной элитности.

Под плавный рассказ Алевтины Петровны мы съездили на станцию, вернулись в барак, поднялись в небольшую квартирку и сели пить чай. Старуха приводила ненужные подробности, но я не прерывала ее. Похоже, ей хотелось выговориться, а слушателя рядом давно не было.

Супруг ее скончался давно, детей у них не получилось, а когда после смерти Ивана Васильевича закрыли местную поликлинику, Алевтина ушла на пенсию.

– Желтый дом до сих пор работает, – журчала бывшая докторша. – Уж и не знаю, что там творится после кончины Ивана Васильевича. Но пациенты есть, я их вижу.

– Вы ходите в клинику? Помогаете тамошним врачам? – слегка удивилась я несостыковке в рассказе Алевтины.