Шок-школа

 – Кто подписал это заявление? Алена Дельвиг?

– Здесь десять подписей! – Эмма Францевна подняла густо исписанный бумажный лист, развернула его к Натке и потрясла в воздухе. – И еще есть заключение психолога, нашей уважаемой Тамары Викторовны…

– Уфимцевой, – кивнула Натка, недобро сузив глаза.

– Так вот, психолог считает, что ваш мальчик действительно не вписывается в сложившийся детский коллектив и может представлять определенную угрозу для одноклассников.

– И это еще не все! – Директриса припечатала к столу бумаги, вперила в Натку грозный взгляд сквозь очки, ее черно-седые волосики вздыбились – ни дать ни взять нахохлившаяся сова. – Ваш ребенок самовольно бросил школу! Прекратил посещать занятия – с начала нового года не явился в школу ни разу!

– Позвольте, но он же на больничном! Сенька ногу сломал в новогоднюю ночь!

– Вот! Вот к чему приводит подобное поведение!

– Какое поведение? О чем вы? Он просто ночью в незнакомом доме встал, пошел…

– И вы как мать допустили, чтобы ваш ребенок ночевал в незнакомом доме?!

Натка потеряла дар речи. Щеки у нее разгорелись, перед глазами встала пелена – хоть и вправду очки ищи.

Само собой вырвалось у нее гневное:

– Скажите уже прямо, что вы просто хотите избавиться от моего Сеньки, потому что он не сын банкира, министра, бизнесмена!

– А и скажу, почему не сказать, – легко согласилась директриса. – Да, ваш сын не нашего поля ягода! Неподходящая компания для детей банкиров, министров, бизнесменов, это вы верно подметили. У вас растет хулиган, а мы готовим элиту общества.

– Сенька не хулиган, он просто живой ребенок с пытливым умом…

– Короче говоря, уважаемая Наталья Владимировна, – Эмма Францевна встала и уперлась костяшками пальцев в столешницу. – Довожу до вашего сведения, что ваш сын, Арсений Кузнецов, из первого «А» класса Шоко-школы отчислен! Документы заберете у секретаря.

– А деньги? – Натка тоже встала и уперлась руками в стол. – Я заплатила за целый год обучения ребенка. Прошло всего полгода, я имею право требовать возвращения оставшейся суммы!

– А вот и не имеете, – директриса шлепнулась на стул, обмахнулась бумагами, только что ножки на стол не закинула, демонстрируя уверенность, спокойствие и расслабленность. – Почитайте договор, там черным по белому написано: в случае исключения ученика по его вине – никакого возврата денег. Считайте, что таким образом вы компенсировали школе и ее воспитанникам моральный ущерб.

– Так вы тут ущербные, значит? – Натка не выдержала. Напускная бравада и остатки хорошего воспитания разлетелись в клочья. – Прекрасно. Я этого так не оставлю, добьюсь, чтоб вас тут вылечили.

– Настя! – громко позвала директриса.