Шестикрылый Серафим

Впрочем, этого она могла, конечно, не знать. Но не заметить разницу она не могла. Мне тогда эта версия с передозировкой не понравилась, хотя объективно все вроде бы в нее укладывалось. Двери заперты, следов присутствия посторонних в квартире нет. Однако мне все же не верится, что это, просто несчастный случай.

— А почему? — Я насторожилась. Брадис произнес почти те же слова, которые я говорила, когда умер Слава.

— Судите сами. Во всем должна быть логика. Давайте прикинем. Семина была наркоманкой, но не в той стадии, когда трясутся при виде любой ампулы и готовы грязным шприцом вколоть себе что угодно хоть через рукав. Она была хорошей медсестрой и исправно ходила на работу. А работала она в онкологическом отделении, где, чего уж греха таить, достать наркотики — не Бог весть какая проблема. Например, списать можно на тяжелого больного, вколов ему но-шпу с анальгином. Да хитростей полно. А уж как выглядят ампулы с наркотиками — она знала наверняка. Ну, предположим, что у нее в тот момент желание уколоться было, а достать привычное лекарство она не могла. Абы у кого морфин не купить. Да и не продадут незнакомому. Слишком велик риск «спалиться». Значит, купила она ампулы у человека, которого знала. И значит, тот, кто продавал, знал ее. Одной такой ампулы хватило бы на пять, а то и на десять доз. Стало быть, она должна была бы стоить куда дороже, чем обычная. Продавец не мог об этом не знать. Он же этот наркотик не сам сварил, ампула-то заводская. Не могла об этом не знать и Лариса. Зачем тогда она себе вводила смертельную дозу? Ведь кому, как не ей, знать последствия передозировки?

— А не могло это быть самоубийством?

— Думаю, что нет, Сашенька. Хотя в то время, помнится, дома у нее было неладно. Муж ее знал о том, что она кололась, настаивал на том, чтобы она бросила, она его не слушалась… Он, видимо, решил ее повоспитывать и ушел из дома. Его как раз не было, когда все это случилось.

— Так, может быть, из-за того она и решила покончить с собой?"

"— Посудите сами, Сашенька, Семина прекрасно знала, что одной ампулы за глаза хватит для того, чтобы умереть. Зачем же она купила две? Если она боялась, что одной ампулы может не хватить, а это крайне маловероятно, то почему она набрала в шприц только из одной, а не из обеих сразу? Вот такая логика. Я уж не говорю о том, что в городе в то время других подобных случаев передозировки отмечено не было. А такие случаи обычно идут косяками. Например, украдет кто-то где-то партию просроченного промедола, так он же начинает ее продавать. Клиентуры постоянной у него нет, за качество товара он ручаться не может, сбыть его хочется побыстрее, значит, приходится продавать подешевле.