Шесть соток для Робинзона

Ключи от квартиры Ксении она хотела выбросить, но Ибрагимовой казалось, что, кинув связку в мусор, она окончательно убьет подругу. Пока они висели на крючке в шкафу, Ксюша вроде как оставалась живой.

Глава 25

– Вадим убийца! – горько воскликнула рассказчица и посмотрела на меня. – У Ксюши был шанс выздороветь, а сын его не использовал.

– Он так и не узнал имени отца? – спросила я.

Ибрагимова переменила позу.

– Ну, он небось разобрал документы матери, нашел свою метрику.

– А там указано: «Иван Гаврилович Стебунков»? – уточнила я.

– Конечно, – кивнула Лейла Ахатовна. – Но Вадиму давно исполнилось восемнадцать, на алименты он претендовать не может. Если мерзавец поедет к бывшему супругу Ксюши, тот его пошлет по известному адресу.

– Странно, что Вадим раньше до этого не докопался, – запоздало удивилась я.

Лейла усмехнулась.

– Ксюша, когда мальчик начал спрашивать про отца, отдала все документы мне, велела спрятать. Паспорт она ему сделала сама, Вадим в милицию не ходил. Заплатила паспортистке, и та нарушила закон. Ксения сама везде расписалась, принесла Вадиму готовый документ. Она очень не хотела, чтобы сын правду узнал. После смерти подруги я швырнула негодяю в лицо все его документы.

– Вы не рассказали Вадиму про Габриэля? – спросила я. – Он не в курсе, что отец иностранец?

Ибрагимова уперлась локтями в колени.

– Нет. Ксения просила ничего не сообщать сыну, и я держала язык за зубами. Да и какая теперь разница? Я не знаю ни фамилии Габриэля, ни из какой он страны. Единственное, что сообщила Ксюша: молодой человек прибыл в ее вуз на кратковременную стажировку, а ей велели сопровождать его в Суздаль и Владимир. Ничего у Ксюши от той связи не осталось.

– Ничего, кроме кольца и сына, – поправила я.

– Лучше б дело ограничилось одним кольцом! – в сердцах воскликнула собеседница. – Сколько негодяй крови у матери выпил… Подозреваю, что его отец настоящая скотина!

– Наверное, просто не придал значения мимолетной интрижке, – вздохнула я. – Купил девушке золотое колечко и отбыл на родину с чистой совестью.

– А она его всю жизнь любила, – тихо произнесла Лейла Ахатовна. – Много раз я ей твердила: «Забудь. Переверни эту страницу». Даже пыталась знакомить с кавалерами. Но нет! Кстати, и Вадим подталкивал мать к браку.

– Вот видите, – обрадовалась я, – не все в нем плохо.

– Из чистого расчета старался, – возразила Ибрагимова. – Я знакомила Ксюшу со зрелыми, прекрасно обеспеченными людьми. Вадим надеялся получить богатого отчима, который купит ему все, что он пожелает. В присутствии очередного претендента на руку матери мерзавец вел себя подобострастно – бегал на цырлах, заваривал чай, старался понравиться потенциальному жениху. Парня с младых ногтей волновали только деньги, более ничего.