За тридцать тирских шекелей

И причиной тому являлась гревшая сердце хорошая добыча…

* * *Через пару часов, на «промежуточной» квартире, снятой специально для подобных случаев, Голован, Серп и Молоток, рассортировав похищенное, решили отметить удачное дело. Молоток достал из работающего как трактор холодильника «ЗиЛ» две припасённых заранее бутылки водки, Серп своим ножом, который использовал для всего подряд, быстро нашинковал огромными кусками варёную колбасу и хлеб, вскрыл банку кильки в томате, и все трое уселись на тесной кухне, за стол с прожженной во многих местах клеенкой.

Подняв стаканы, подельники в ожидании смотрели на Голована, но тот был угрюм и задумчиво смотрел на кусок колбасы.

– За воровской фарт! – сказал Серп.

Все выпили. Молоток тут же набросился на еду, Серп лишь занюхал кусочком хлеба, а Голован к закуске даже не притронулся.

– Чё не так, Голован? – спросил Молоток. – Чё смурной сидишь?

Голован, отвлечённый от своих мыслей, встрепенулся.

– Наливай!

– О, другое дело! – с набитым ртом промычал Молоток и поставил свой стакан поближе к остальным.

После выпитой второй закусили все.

– Кому цацки сбагрить, решил уже? – спросил Молоток.

– Решил, – кивнул Голован.

– Ну, ладно тогда… Не хочешь говорить… Тогда по третьей, что ли?

– Наливай уже, не считай!

Выпили по третьей, потом по четвёртой…

– Курить хочу! – заявил захмелевший Молоток. – Серп, открой форточку!

Сидевший у окна Серп исполнил просьбу, и Молоток жадно затянулся папиросой. На некоторое время на кухне вместе с табачным дымом повисла тишина.

– Слышь, корефан! – обратился к Головану осмелевший Молоток. – А чё ты мне не дал девчонку разложить? Чё свидетелей оставил? Ты чё, другую веру принял?

Голован сидел мрачный, угрюмо жевал хлеб, смоченный в томатном соусе из консервов, и ответил не сразу. Но когда ответил, то голос и лицо показали, что такие вопросы ему задавать не следовало.

– Да потому, бараны, что мне уже за таких, как вы, приходилось ответ держать!

– Ничего себе! – Молоток аж поперхнулся. – А перед кем ты ответ держал? По-моему, ты сам с кого хочешь спросишь!

– А Сыча и Круглого с Химиком помните?

– Ну, и что? – сказал Серп. – Ты же их грохнул и сжёг! Нам что за дело до них?"

"– Ещё раз бараны! Мы на Мойке дело делали, а нашли их, спаленных, за городом, на свалке у Петрозаводской трассы! А я сразу же на хату пришёл, с чемоданом полным хабара! Как это получилось? Как я их отвёз за город, когда успел их сжечь?

– А кто их сжёг? – спросил Серп. – Ты же пришел тогда с обгорелой рожей, сам рассказывал!

– Вот то-то и оно: слышал звон, а не знаешь – где он! Раз не знаешь, не гони туфту! А ответ я держал перед скелетом…

– Как перед скелетом?! – удивлённо произнёс Молоток, забывший о тлеющей в руке папиросе, пепел с которой падал на стол.