Шанс для злодейки

Или арбалетчиков и молотобойцев. Или…

— В некоторых кругах так до сих пор называют золотые монеты. Их раньше чеканили с геральдической лилией на реверсе, до того, как Мартинель Разоритель…

— Давайте лекцию по истории отложим, хорошо? — попросила я, видя, что он намерен посвятить меня во всю историю монетной чеканки до наших дней. — А последнее? Про клятвы. На угрозу похоже.

Нил поскрёб подбородок. Я только теперь заметила, что у него отросла щетина, в прошлый раз её не было. Приступ запоздалой благодарности прошёл, как только он сказал:

— Надо у Миранды спросить.

Я дождалась, когда он повернётся спиной и только тогда закатила глаза.

Миранда дожидаться не стала.

Она недовольно цокнула, когда Нил сунул ей листок, но всё-таки посмотрела. И немного изменилась в лице:

— Это девиз банды Ленни Четыре пальца, Волков Приречья. По этим кончелыгам давно виселица плачет, хуже отребья просто нет. — Девушка едва не плюнула. — Убери это от меня.

То, что для неё было хуже дохлого червя в тарелке, для меня обернулось настоящим золотом. В двух других письмах был всё тот же девиз. А ещё договорённости о месте встречи, имя связного и множество других косвенных свидетельств того, что отец нанял бандитов, чтобы устроить покушение.

Я выпросила у Нила папку из твёрдой кожи и убрала бумаги. Стол вдруг поплыл в сторону, я схватилась за край, чтобы не упасть. Поспать бы. Ушибленное колено болело при каждом шаге — наверняка там уже налился огромный синяк. Или шишка. Больнючая такая шишка. Мысль о том, что опять придётся сесть на лошадь, вызывала отвращение. Соберись, размазня, подумала я неприязненно. Ты стрелу в живот пережила, планка слишком высокая, чтобы расклеиваться из-за отбитой о седло задницы.

Чтобы отвлечься, я отхлебнула из остывшей чашки — и глаза тут же полезли на лоб. Даже мёд с дёгтем на вкус были бы лучше. От горечи язык скрутило в бараний рог, в желудке будто снаряд разорвался — и огненная волна прокатилась по всему телу, до самых кончиков сморщенных от мокрой обуви стоп. Холод как будто выдавили наружу. Под волосами выступил пот, сразу стало ужасно жарко.

— Ну как, работает? — злодей Нил расплылся в хитрой ухмылке. — Пар от головы идёт только первые две минуты, не переживайте.

— И не собиралась, — просипела я пересохшим ртом. — Только попить мне дайте, ведра два.

Я глотала воду, как заморённая лошадь, когда снаружи послышался шум. По главной улице квартала кто-то шествовал, трезвоня в колокол. Стукнул полупустой графин. Я побежала к двери и слегка приоткрыла, выглянула в щель.

Шлёпая по лужам, голенастый подросток в слишком коротких брюках изо всех сил тряс колоколом на длинной ручке.