Наследник для Шаха

Она всего лишь выполняет свои обязанности, да и к тому же относится по-доброму.

Хотя, как знать, может, меня еще запрут в клетке и посадят на цепь, будут ломать, как сказала экономка.

Моргаю и отгоняю злые мысли, все же Шахов оставляет впечатление мужчины, который понимает, что такое цивильность…

Женщина, не прощаясь, выходит из моей комнаты, а я иду вслед за ней и проверяю замок.

Обнаруживаю, что меня не заперли, и выдыхаю с облегчением. Может, все же у страха глаза велики…

Прохожусь по своему временному жилицу, трогаю шкатулки, выстроенные в ряд на трюмо. Открываю следующую дверь, за которой обнаруживаю не просто ванную с душевой, а мини-бассейн в центре.

Не знаю, как определить. Мраморный пол углубляется в нишу, явно превращаясь в маленький бассейн, где можно лежать звездой, раскинув руки и ноги, да еще и место останется.

Мотаю головой. Никогда такой роскоши не видела. Но у всего этого привкус горьковат. Поэтому я отворачиваюсь и начинаю тихонечко раздеваться, провожу пальцами по длинным прядям, чуть расчесываю по привычке и лишь затем становлюсь в душевую, немного кручу вентили с непривычки, пока, наконец, не выдыхаю облегченно, когда теплые капли падают на плечи и прогоняют усталость.

Выбираю благовония из баночек с незнакомым шрифтом. Красивая вязь. Непонятная, но красивая.

Открываю баночки и принюхиваюсь. Некоторые имеют резковатый пряный аромат, а вот одна бутыль радует тонким цветочным ароматом, добавляю немного жидкости на ладони и взбиваю пушистую пену, не знаю, сколько я так стою под струями, смывая грязь и липкий страх, выхожу из ванной, надеваю пушистый халат и на ходу обматываю волосы полотенцем и замираю…

Смотрю огромными глазами на Шаха, который сидит расслабленно в кресле и смотрит прямо на меня. Медленно взгляд скользит от кончиков моих пальчиков на ногах вверх, рассматривает.

Дышу тяжело. Хватаю ртом воздух. И не понимаю, как себя вести.

— Что ты здесь делаешь? Что ты делаешь в моей комнате? — выдохом, едва слышным.

Но Шахов лишь ухмыляется.

— Ты в моем доме, Аийша.

Не могу оторвать взгляда от расслабленного мужчины. В брюках и в сорочке с закатанными рукавами он выглядит брутально, чувственно.

В руке держит стакан и делает медленный глоток, не сводя с меня полыхающих глаз.

Даже небрежность в обычно идеально зачесанных назад волосах сейчас источает какую-то ускользающую порочность. И то, как смотрит на меня Шахов, будоражит. И его карие глаза с примесью золота мерцают как у настоящего зверя.

— Мне сказали, что это женская половина, и…

— Кроме хозяина сюда ни один мужчина без особого дозволения не вхож, — заканчивает вместо меня, а я переступаю с ноги на ногу, смущаюсь и по глупой привычке поджимаю пальчики на ногах.