Наследник для Шаха

Мне некомфортно находиться под прицелом этого полыхающего взгляда. Он слишком голодный. Порочный. Алчущий.

А еще именно сейчас я четко ощущаю свою уязвимость, ведь под халатом даже трусиков нет, я обнаженная, в то время как мужчина полностью одет.

— Тебе понравился мой дом, Полина? — задает вопрос, и я киваю.

— Я не все видела, но то, что заметила, напоминает замок. А еще когда подъезжали, заметила, что особняк опоясывает очень красивый сад…

— Хочешь прогуляться?

Не сводит с меня глаз и опять делает глоток.

— Я бы предпочла вернуться домой, — получается резковато и Шах хмурит широкие брови. Лицо у него каменеет, исчезает игривость.

— Так как насчет прогулки вечером? — игнорирует выпад, но я не сдаюсь.

Не хочу прогибаться. Не могу. Хотя, может, и любая на моем месте оценила бы размах мужчины, но в сказки как-то слабо верится.

— Так как насчет вернуть меня домой? — выворачиваю его же фразу на свой лад.

— Я веду себя как гостеприимный хозяин, Полина.

— Вот именно, ты ведешь себя подобно хозяину!

Прикрывает глаза на мгновение.

— У нас с тобой прекрасно получается понимать друг друга, — выдает спокойно, а сам встает, отставляет бокал и принимается расстегивать рубашку, очень медленно вынимает пуговицы из петель, а я наблюдаю за этим действом в полном шоке."

"Резким движением вынимает полы из штанов и оголяет натренированный торс, а у меня ноги подкашиваются от красоты этого литого тела, которое мне так часто являлось во снах. Опять глаз цепляется за вязь татуировки, две строчки, написанные каллиграфическим почерком на незнакомом языке.

— Что ты делаешь? — наконец, нахожу в себе силы задать вопрос.

— Как я и сказал, у нас с тобой прекрасно получается понимать друг друга лишь в горизонтальной плоскости. Твое тело умнее, оно откликается, чувствует.

Сердце бухает в груди, когда Аслан делает шаг в мою сторону. Каждое движение вызывает игру литых мышц, которые перекатываются под темным бархатом кожи.

Останавливается в шаге от меня, смотрит своими золотисто-карими омутами. А я не могу глаз оторвать от этого лица, высеченного из гранита.

Вид мужчины рождает во мне что-то чувственное, тягучее, но страх подстегивает, и я иду на попятную, пытаюсь договориться.

— Аслан… — выдыхаю его имя, — послушай…

Наклоняет голову и делает жадный вдох рядом с моими влажными волосами, которые приятно пахнут цветами. Ему нравится мой запах. Чувствую это.

— Повтори. Назови по имени. Снова.

Распахиваю глаза широко. Я ничего не знаю об этом мужчине. Разве что чувствую, что он опасен, как бешеный хищник, спущенный с цепи. Его тело одни сплошные мышцы. Я даже не знаю, где можно так подкачаться.

Шах, скорее, напоминает воина, который часами упражняется с оружием, становясь опаснее режущего насмерть клинка.