Шаг в палеолит

Чистый выстрел. Хатак аж восхищённо крякнул.

– Вот и всё, – сказал я, глядя на парня, который стоял и смотрел на павшего Большерога с растерянно-задумчивым выражением лица. – Я выполнил своё обещание.

Стадо как-то даже и не заметило потери «бойца». Слишком всё тихо прошло, без драйва. Только ближайшие особи некоторое время постояли рядом с павшим сородичем, тупо пялясь и меланхолично пережёвывая жвачку, да пошли себе… Стадо продолжало неспешно двигаться по своим делам, постепенно отдаляясь от места трагедии. И когда оно отошло метров на сто пятьдесят, Хатак скомандовал:

– Теперь быстро! Пока пастухи не набежали!"

"Пастухи в данном случае – это различные хищники, идущие за стадом и отщипывающие от него больных, ослабленных или неосторожных. Как правило, у каждого стада есть свой «пастух». В основном это большие кошки. Львы, тигры, махайроды, Большие Полосатые Коты. Захаживают на «огонёк» и медведи. На подхвате волки, гиены, ну и дальше по нисходящей. Так что добыть для хищника кого-либо – полдела, добычу ещё отстоять нужно. Даже не слишком крупная, но очень голодная стая гиен вполне может отнять тушку у одиночного льва. Вот мы и побежали, чуть ли не с криками: «Это наша добыча!» И правильно. Махайрод к нам не заявился, слава богу, но наглую стаю гиен пришлось дважды отваживать. Пока половину не перебили, те никак не хотели успокаиваться. Эпической эту битву назвать нельзя, в основном перестреляли из луков и перебили дротиками, и лишь я со своей Прелестью и Сильвер со своей «волшебной палочкой» прошлись по недобиткам. Ну, у нас обоих с гиенами, так сказать, глубоко личные взаимоотношения.

А дальше – тяжёлая работа по разделке туши. Снятие шкуры, срезание мяса, рога, то, сё. И потом – ходу, подальше, километра на два от костяка, на котором вполне можно неплохо попировать всякому зверью.

Зимняя ночь. От места разделки туши до сих пор долетают рыки и визги. Там всё ещё идёт делёжка, кому сколько и кто главный.

А мы в безопасности, сыты, обогреты, довольны. Вновь и вновь «перетираем» перипетии прошедших событий. Нам всем хорошо. И лишь Крук сидит весьма смурной. Молчит. Наконец мне надоел его кислый фейс, и, толкнув Хатака в бок и показав глазами на парня, я как бы нейтральным голосом поинтересовался:

– Ну, как? Теперь ты стал Большим охотником. Завалить такого зверя с одного удара, то бишь выстрела, – это о-го-го! Я таких героев и не встречал. А, Хатак?

– Я о таких даже и не слышал, – охотно поддержал меня старый.

Никакой реакции. Парень лишь плотнее сжал губы.

– Ты, кажется, не рад, мой юный друг? – участливо поинтересовался я.