Сезон охоты

Но ты не сильнее меня! Ты в моей власти.

И Мара опять весело смеётся.

– Ты насытился, демон?

– Да.

– Кто-то ещё хочет даров Ма-Ар-Ра? – поднимает Мара блюдо, оглядывая всех.

Тишина.

– Ещё не хватало!

Игорь забирает блюдо из рук Мары и кидает зулд в костёр, куда уже подкинуты новые дрова. Кровь выливает на землю.

– Что дальше?

– Дальше все идут спать.

– Глаз с неё не сводить. К Ворону не пускать. Будет вести себя плохо – стрелять по коленям.

Игорь уходит к себе на второй этаж. Мара падает на его шезлонг и закрывает глаза, игнорируя всех вокруг.

– Тушу уберите… – не открывая глаз. – Фонит.

* * *

Саундтрек: Пикник – Сияние"

"В больничке тревожно… Возле палаты Ворона вооружённая охрана. Четыре человека – два снаружи, два внутри. Распоряжение то же: при попытке войти стрелять по ногам. Мы с Марой в палате Галы. У стены пустая колыбелька. Мара молча ложится на кушетку, подтягивая колени. Сажусь ей в ноги, опираясь спиной на стену. Мы оба смотрим на эту колыбельку. И я опять не до конца осознаю, что она значит.

– Не бросай нас, Мара.

– У неё всё будет хорошо. Не волнуйся.

– А у меня?

– И у тебя. У всех всё будет хорошо, я уже везде, где нужно «разлила масло».

– Булгаков?

– Мхм… Тоже наш человек.

– Ты правда умрёшь?

– Естественно.

– Когда?

– Не знаю…

– Здесь?

– Нет.

– Тебе страшно?

– Да нет… Ммм… Хотя немного страшно… Уже.

– Уже?

– Я теряю здесь видение. Страх смерти – одна из иллюзий, наводимая Мороком, чтобы удерживать жив в Яви. Морок начинает проникать в меня. Но не настолько пока, чтобы я забыла, кто я.

– А Ворон?

– Что – Ворон? – напрягается она.

– Умрёт?

– Так он и не жив.

Ложусь ей за спину, обнимаю за талию.

– Ты его любишь?

– Любовь… У неё много ликов, но ты имеешь в виду только Эрос, – вздыхает она. – Живы слишком раскачали значение этого её аспекта.

– Это не ответ!

– Ответа не будет. Знаешь, Ванечка, чем отличается тёмный от светлого?

– Чем?

– Тёмный до последней секунды верит в тьму. Светлый – в свет.

– Не понимаю.

– Вот когда дойдёшь до последнего предела – поймёшь.

– Ладно… поспи. Завтра будет тяжко.

– Мхм…

Обнявшись, мы засыпаем. Эрос преувеличен, да. Мне вот достаточно просто так поспать с ней на тесной твёрдой кушетке.

* * *

Утро начинается резко. Мара вздрагивает, и мы просыпаемся. Её открытые глаза смотрят в потолок. Я вспоминаю, что она слепа.

– Что?…

Поднимает вверх палец.

– Сейчас…

Из коридора слышны крики и грохот.

– Что происходит?

– Помехи…

– Как на твоем Гаале?

– Пока не такие масштабные, но…

Взъерошивая волосы, выглядываю в холл.

– Твою мать! – из уст Игоря Васильевича отборный мат. – Где эта сука?!

Судя по всему, загремел с лестницы. Упираясь руками в косяк, рефлекторно закрываю собой проход в палату. Мара подходит сзади.