Сердце химеры

Нари уже сбилась со счета – в каких только домах они ни побывали: огромные имения с садами и слугами, маленькие загородные хижины, городские постройки, теснившиеся бок о бок с домами обычных людей.

Скайгард и Маргарита тоже носили защитные амулеты – не такие сильные, как у Нари, но и они успешно скрывали чету Ньорд от любопытных глаз.

Дедушка носить амулет отказался и переезжать не стал. Он все так же уединенно жил в небольшом особнячке, куда Керин поселил его с самого начала. На уговоры Ская отвечал, что слишком стар для всех этих волнений, а если уж сукин сын Арен или даже сам король заявятся к нему, он скорее перегрызет им глотку, чем выдаст местонахождение внучки.

Нари несколько раз навестила его – чаще не получалось: возвращаться в одно и то же место было слишком рискованно.

– Будь терпелива с дедушкой, – напутствовал ее Скай. – Он очень стар даже для дракона, а мир меняется так быстро, что ему за ним не успеть…

Нари не понимала, что имел в виду отец, до тех пор, пока не постучала в дверь тихого особняка, стоящего на окраине города. Небольшая лужайка перед крыльцом, позади дома разбит палисадник, маленький пруд – так мирно и уютно. Но каково дедушке живется здесь после того, как он был хозяином замка Ньорд?

Нари ожидала, что откроет слуга, но старый лорд Ньорд сам вышел на крыльцо. Прижал внучку к груди, но скоро задвинул ее за спину, отправляя в коридор, а на Керина сощурился с недоверием.

– Этот останется за дверью, – проворчал он.

Нари так опешила, что встрепенулась только тогда, когда дедушка закрыл замок, оставляя Керина снаружи. Теперь она поняла, почему папа просил быть терпеливой.

– Между прочим, «этот» хозяин дома, в котором ты живешь, – не выдержала она. – Немедленно впусти его!

– Ничего, Нари, я пока подышу свежим воздухом, – спокойно ответил Керин, наклонившись к замочной скважине. – Общайся с дедушкой.

С первого же взгляда Нари поняла, что дедушка сильно сдал: волнение за любимую внучку сделало свое дело. Он ссутулился, глаза, что прежде горели темным, грозным огнем, погасли, но при взгляде на Нари все так же осветились нежностью. В разговоре с ним Нари не касалась тяжелых тем. Они беседовали о ничего не значащих вещах: о погоде, о том, что в подвале завелись крысы – пренеприятные создания, но лучше, чем пискуны, о том, что Нари должна одеваться теплее – ей нужно беречься в таком положении. Нари терялась, не зная, какая часть правды известна дедушке. Или родители, щадя его, не стали говорить самого страшного? Однако, когда они прощались, старый лорд Ньорд наклонился к уху внучки и сказал:

– Если этот твой…

– Керин, – подсказала Нари. – Пора уже и запомнить.

– Да-да, этот. Если он решится и начнет все-таки войну, не забудьте взять с собой старика.