Семисвечник царя Соломона

Весь зал начал хлопать и повторять:

– Просим, просим!

Наконец она встала, прошла через зал и поднялась на сцену под восхищенными взглядами зрителей.

– Как вас зовут, красавица?

– Василиса, – неохотно призналась моя сестра.

– Какое прекрасное имя! Василиса значит царственная!

Зал дружно захлопал.

Конферансье дождался, когда аплодисменты стихнут, и раскрутил барабан.

Когда барабан остановился, мужчина открыл небольшое окошечко и повернулся к Василисе:

– Прошу вас!

Василиса растерянно улыбалась.

– Достаньте один билетик, – подсказал ей конферансье.

Она запустила руку в барабан, достала розовый билетик и громко прочитала его номер:

– Четыреста одиннадцать!

– Выиграл номер четыреста одиннадцать! – громко повторил конферансье. – У кого этот номер?

Все присутствующие принялись проверять сумки и карманы.

Ко мне на столик вдруг прилетел попугай и проговорил своим хриплым голосом:

– Пр-роверь! Пр-роверь!

– Что проверить? – спросила я удивленно. И сама поразилась своей глупости: разговариваю с попугаем, как будто он понимает человеческую речь… или правда понимает?

– Четыр-реста одиннадцать! – негромко прохрипел попугай, словно попытался внушить мне какую-то мысль.

И тут я вспомнила, что этот номер мне знаком.

Ну да, он ведь был написан на той карточке, которую я нашла у Арсения…

Я сунула руку в сумку.

В моей сумке полный беспорядок, там никогда не найдешь то, что нужно, но тут, к моему удивлению, мне в руку сразу попалась та самая карточка…

Я достала ее и прочитала вслух:

– Четыреста одиннадцать…

И попугай тут же выкрикнул на весь зал:

– Четыр-реста одиннадцать!

– У нас есть победитель! – торжественно воскликнул конферансье. – Поприветствуем его… то есть ее!

Зал снова дружно захлопал.

Ко мне подошла девушка в старинном наряде – одна из тех, которые вынесли лотерейный барабан.

– Пойдемте со мной! – проговорила она приветливо.

Я встала и послушно пошла за ней. Василиса смотрела на меня, откровенно разинув рот.

Мы вышли из зала, прошли по полутемному коридору, подошли к двери.

Девушка постучала.

Дверь тут же открылась.

На пороге стоял тот же человек, его я видела в морге, через который мы шли в клуб. Только теперь на нем был не белый халат санитара, а темно-красный бархатный камзол и черная широкополая шляпа. В довершение образа испанского пирата один его глаз был закрыт черной повязкой.

И поигрывал он теперь не скальпелем, а широким остро заточенным ножом.

– У нас победитель, – сообщила девушка. – Победительница. Передаю ее тебе.

Она ретировалась.

Бывший санитар хищно улыбнулся, отступил в сторону и проговорил хриплым голосом:

– Проходите, сеньорина!

Я шагнула вперед и оказалась в маленькой комнате без окон.