Семь способов засолки душ

Вынимает из кармана телефон, сверяется с картой. Связи почти нет, но они недалеко от берега.

— С «Северным сиянием» тоже был случай на реке, — вдруг вспоминает Рома.

— Ага.

— Они и правда себя сами?..

— Она. На реке она была одна.

Чувствуя на себе пристальный взгляд, Ника смотрит под ноги. По снегу вьется цепочка алых капель, ведет к реке. Ника старается не наступать на капли.

Видит ли их Рома? Раз идет спокойно, значит, нет.

— Скажи, а сейчас в Староалтайске есть секты? — спрашивает он. — Такие, как «Сияние»?

— Не знаю. Я же давно здесь не живу.

— Ну, может, общаешься с кем-то до сих пор? Ничего тебе не говорили?

Ника качает головой. Далеко впереди кто-то ковыляет, но при попытке рассмотреть — неумолимо ускользает, сливается с деревьями. Поэтому Ника разглядывает снег на веточках кустарника, вспоминает, как мама наряжала елку и клала на пластиковые лапы ватку.

— Почему люди шли в секту, как думаешь? — Рома подстраивается под Никин шаг, поглядывает на нее.

Ника пожимает плечами. Почему люди делают то или это? Масса причин.

— Где они жили? Как это вообще происходило?

Рома слишком назойлив, а у Ники на праздное любопытство аллергия. Сколько было таких интересующихся — не счесть, и каждый считал, что уж ему-то она сейчас расскажет все в подробностях. Изольет душу, а потом поплачет на плече, будет о чем написать пост в соцсетке.

— Извини, не надо было лезть, — исправляется Рома, поняв, что отвечать Ника не собирается.

— Да ничего.

— Ты выпила таблетки? Которые в больничке дали.

— Конечно, — врет Ника, попутно вспоминая, вынесла ли мусор. Получится неловко, если мама зайдет в гости и увидит таблетки в ведре.

В черепной коробке будто вращается мелонг, скоблит кость изнутри холодным краем, миксером взбивает мозг. Ника глотает обезболивающее, язык немеет. Говорят, если их пить регулярно и помногу, отказывает печень. Ника прикидывает, как быстро умирают от цирроза. Потом прикидывает, как ледяная вода заполняет нос, глотку, легкие, а после лед медленно окаймляет шею, слоями нарастает на макушке. Ее знобит.

Алейка встречает стылым ветром, дующим в лицо так, что ноют уши. Лед на поверхности искрится, и Ника снова вспоминает сияющую пудру. Другой берег от них в двух сотнях метров, на нем пелена солнечного света и низкий туман. Видна котельная, дальше бетонный забор и причал. То ли это место? Дерево на фото и другой берег похожи. Был ли на нем дом? Заводская стена из красного кирпича? Ива склонилась надо льдом. Снег рядом с ней разрыт до грунта, смешан с землей и вырванной жухлой травой. Во льду у берега прямоугольный вырез, похожий на купель. Он не успел замерзнуть, лишь подернулся ледяной слюдой. Под ней темная и мутная вода.

Куртка у Ромы жужжит.