Невеста по пятницам, или Семь пятниц на неделе

– Тут художник изобразил юных пастуха и пастушку. Она слушает его великолепную игру на флейте. Чудесной музыке подпевает соловей. Вы знаете, что в песне соловья до сорока колен, а ещё он умеет подражать пению других птиц?

– Умеет, – авторитетно кивнула Дороти. – Я как-то выслеживала куропаток. Подобралась поближе. Уже вскинула ружьё, а тут из кустов…

– Ружьё? – переспросил Доминик, оторопело покосившись на «юную леди».

– Я хотела сказать, Дороти, служанка моя, однажды на охоте вскинула ружьё, а тут из кустов…

– Ваша служанка – не только доярка, а ещё и охотник? – окончательно опешил Доминик.

– Да нет, так-то она кучер, но когда в лес по дрова идёт, то почему бы заодно и дичь к завтраку не подстрелить?

После этого риторического вопроса повисла звенящая тишина, нарушил которую сильно недотягивающий до Филимона дворецкий, вошедший в кабинет:

– Милорд, миледи, прибыла гостья, которую вы ждали.

Глава 19. Важная гостья

Следом за дворецким в кабинет вошла юная леди. В Матисе мгновенно загорелось любопытство. Кого это родители назвали важной гостьей? Только по одной походке ощущалось, что леди принадлежала знатному роду – такие идеальные манеры. Наряд выше всяких похвал – чувствовалось, что над ним работали лучшие портнихи. Вот только цвет ткани был невыразительно бледным. Матис назвал бы его цветом моли. Он не шёл незнакомке. Делал и её саму бледной и невыразительной.

Отец и мать ринулись навстречу гостье:

– Августа, дорогая, рады тебя видеть.

Августа? Матис переглянулся с Теодором. Какой у брата кислый взгляд. У Матиса, наверно, не лучше. Вот, значит, что за сюрприз подготовили родители – пригласили на званый обед потенциальную невесту. А слухи, похоже, не лгут. Единственным достоинством юной леди является только её родство с королём.

Родители подвели Августу к сыновьям и их спутницам, чтобы представить:

– Двоюродная племянница Его Величества, леди Августа, выпускница элитного закрытого столичного пансиона, удостоенная за прилежную учёбу высшим знаком отличия.

Недаром её считают занудой.

Августа сделала лёгкий идеально грациозный реверанс. Теперь, когда она находилась, на расстоянии вытянутой руки, её лицо, на котором замерла маска светской скучной вежливости, вдруг показалось Матису знакомым. Где он мог её видеть? Ему ни разу не приходилось бывать в столичном пансионе.

Они с братом ответили гостье приветственными поклонами. А Николетт и Дороти реверансами. Дороти по широте душевной и реверанс отвесила широкий и размашистый, не забывая подволакивать «больную» ногу.

– Адель, – представилась она Августе.

– Вам идёт это имя, – с какой-то странной интонацией произнесла племянница короля, – как и эта шляпка.