Семь дней до Мегиддо

Ты еще и мастер на все руки, – сказала она, остановившись у открытой двери. – А стиральные машины чинить умеешь?

– Нет, – признался я, приглаживая шов шпателем.

– Что случилось? – Она заметила вмятины на двери и нахмурилась.

– Кто-то ломился утром. Так что… у меня может быть опасно.

Она молча вошла и бросила сумку у дверей. Сумка была объемистая.

– Я уже подруге сказала, что меня не будет несколько дней. Она своего позвала… если вернусь, то это будет еще опаснее.

Подойдя сзади, Милана обняла меня. Спросила:

– Это… как в Гнезде было? Монстр?

– Не в полной силе, – я не стал врать. – Просто пугал. Велел сидеть дома… в общем, чтобы не лез в их дела.

– Кошмар. По центру Москвы ходит монстр, – Милана нервно рассмеялась. И сразу посерьезнела: – А ты что?

– Купил патроны в Комке.

– Я боюсь. За тебя боюсь.

– Не надо, – я потерся подбородком о ее ладонь.

– Ай! Не царапайся. Лучше побрейся.

– Всё будет хорошо, – сказал я. – Наверное.

Милана прикрыла дверь. Посмотрела на результаты моей работы. Нахмурилась:

– Если хочешь, я покрашу. Только лучше всю стену вокруг двери, тогда совсем следов не будет… Максим, ты собираешься пойти в Гнездо?

– Монстр снова к ним придет, – сказал я. – Как-то обидно, понимаешь? Не люблю оставлять дела недоделанными.

Милана вздохнула.

– Почему я не встретила тебя осенью?

– А почему именно осенью?

– Ну… я в конце сентября познакомилась со своим…

– Злобным карликом.

– Злобным, косым, кривоногим… – Она вздохнула. – Зимой я бы с тобой вообще не стала встречаться. Не глянула бы даже. Я была вся счастливая.

– Что, приходил мириться? – спросил я.

– Угу. Раскаивался, извинялся, бил себя в грудь. Говорил, что он старый дурак.

– Сдается мне, этот злобный карлик не так прост, – сказал я.

– Он преподает у нас. Но он молодой еще совсем. Выше тебя на полголовы, любит горные лыжи и ныряет с аквалангом.

– Блондин?

– Нет, с этим не сложилось. Брюнет. И еще курит. Но говорит, что в качестве самонаказания бросит.

– Что ты ему сказала?

– Что подумаю, – тихо ответила Милана.

Я молчал, стоял, не оглядываясь. Потом отложил шпатель, отряхнул руки и спросил:

– А мне-то зачем рассказываешь?

– Чтобы, если ты решишь меня бросить, не переживал впустую. Я же вижу, ты такой… – Она замялась.

– Прямой? – предположил я.

– Нет, – она вдруг рассмеялась. – Наоборот. Круглый. Как спасательный круг. Считаешь, что если за тебя уцепились, то надо держать. Это хорошо, потому что редко бывает. Но меня держать не обязательно. Я не утону. Когда надо было – я вцепилась, ты удержал.

– Я тоже вцепился, и ты удержала, – сказал я. Повернулся, обнял ее. Мы постояли, не целуясь, а просто обнимая друг друга.

– Можно, я пару дней всё-таки у тебя поживу? – спросила Милана.

– Конечно. Сколько хочешь.