Секретарь старшего принца 8

Арендар оглядывается, успевает снова его спеленать, но я понимаю — Элор скоро вырвется. Он покрывается золотой чешуёй, силясь обратиться в дракона, хотя это нарушит их защиту и сделает уязвимее для атак вампиров.

— Я справлюсь, — одними губами произношу именно ему, вижу, что Элор понимает мои слова, но опять кричит в надежде остановить, и я отворачиваюсь, чтобы вернуть так необходимое мне спокойствие.

Сейчас Элор в безопасности, осталось мне сделать своё дело. Раньше, чем Элор вырвется на свободу и помешает.

Внизу гремит бой.

Пропитанный ядовитыми миазмами воздух сковывает лёгкие. Но я сильнее этого. Я смогу.

Облизываю пересохшие губы.

Высшему вампиру моё присутствие по-прежнему безразлично. При взгляде на него зрение снова плывёт, ненавистная фигура окутывается маревом.

Я ничего не знаю о высшем, но надеюсь, что он из Эёрана, и наши традиции ему не чужды: привязанность к роду, кровная месть, честь. Надеюсь на это, иначе планы на разговор могут пойти прахом."

"— Я Риэль, — произношу как можно увереннее и громче, и мой голос звонок и ясен на фоне доносящихся снизу криков и грохота. — Последняя из Сиринов. За что ты уничтожил мой род?..

Ответ знаю, но спрашиваю, потому что по всем правилам кровный враг должен пояснить свои действия. Когда последний представитель уничтоженного тобой рода приходит, ты должен выслушать и ответить.

Только высший вампир молчит.

В мою сторону даже не смотрит.

Он уничтожил последний род драконов-менталистов, всё самое мне дорогое, а теперь меня не замечает, словно я какая-то букашка!

И тогда я, снова хлебнув тяжёлого жгучего воздуха, требую с нотами управления:

— За что ты уничтожил мой род? Отвечай!

Мучительно долго тянется ожидание. Сердце пытается разогнать кровь. «Ответь-ответь-ответь!» — пульсирует в мыслях, и я запрещаю себе думать, что высший вампир не снизойдёт до разговора, потому что не знаю, как иначе его убить.

Но тяжкое мгновение сомнений завершается: высший вампир чуть поворачивает голову. Сквозь свисающие пряди волос на меня смотрят чёрные глаза с алыми мерцающими вкраплениями.

Высший вампир отлепляется от запястья Нергала. Рана там совсем маленькая — надрез меньше сантиметра. Кровь не течёт: едва проступает серебристая густая капля наподобие ртути.

Губы, только что касавшиеся этой божественной жидкости, приоткрываются.

Я вся обращаюсь в слух.

— А ты наглая, — как-то слишком спокойно говорит высший вампир.

Его не злит и не удивляет моё упорство, ничуть не повлияли ноты управления, не расстраивает то, что я стольких вампиров убила. Он… похоже, равнодушен к происходящему. Безразличны ему многочисленные жертвы и металлический запах крови. Не трогают крики, удары молний, грохот земли, рёв ветра и пламени.