Седьмое море

Они изобретают порою такие штуки, что я бы им Нобелевскую премию давал, а не на электрический стул посылал, честное слово.

— Вы на что намекаете? — разозлился Голицын.

— А я не намекаю, я прямо говорю: в реальной жизни преступники не очень умны. Вы все равно сядете. Я даже готов с вами поспорить.

— Да идите вы к черту! — Даниил Валерьевич вскочил. — Или ордер, подписанный прокурором, или пропуск на выход!

— Пожалуйста. — Алексей протянул ему пропуск.

— Жаль, что я с вами не поспорил, — усмехнулся Голицын. — Деньги мне нужны, я пока страховку не получил. Прощайте.

— До свидания.

Даниил Валерьевич пожал плечами и направился к двери. Алексей его не остановил.

А в самом деле, как все было? Он больше не сомневался в том, что жену убил Голицын. Примерно так…

На семи ветрах, в новогоднюю ночь

Он увидел, как Сажин выходит с открытой палубы. Один. И тут же прижался к стене, чтобы Димка его не заметил. Но тот и не смотрел по сторонам. Повернул в сторону бара и скрылся в дверях.

Голицын торопливо направился к выходу наверх, на свежий воздух. Что с Анжеликой? Всякое могло случиться. Если она Сажина вконец достала, тот вполне мог столкнуть ее за борт.

На открытой палубе гулял ветер, с неба сыпалась ледяная крупа. Жена стояла в метре от леерного ограждения и курила, глядя в темноту, на воду. Лицо у Анжелики было злое. Мужа она заметила не сразу."

"— Что, не сработало? — спросил он, подойдя к ней. Выл ветер, и шагов Дана не было слышно.

Анжелика вздрогнула, выронила сумочку и обернулась.

— А… Это ты…

— Всего лишь ты. Это ты хотела сказать?

— Примерно.

— Я вижу, ты протрезвела, — удивленно сказал он.

— Протрезвеешь тут!

— Хорошо поговорили?

— Да он просто… — Она не договорила, поднесла сигарету к губам и глубоко затянулась.

Сигарета была длинная, тонкая, черная, запах Дана донельзя раздражал. Он оглянулся. Фонарь висит далеко, да к тому же раскачивается. Анжелика намеренно увела Сажина в тень, подальше от людей, морщин в темноте не видно, и никто не мешает. Хотя морщин у жены и так нет, лоб гладкий, как бильярдный шар. Дана это раздражало так же, как и запах ее сигарет. Не лицо, а застывшая маска.

— Значит, не получилось.

Говоря это, он думал о том, что Сажин хоть и разозлился, но самообладания не потерял. Это плохо. А может, он и не видел их с Дашей?

— Что именно не получилось? — в упор посмотрела на него жена.

— Я же говорил: выжди время. Не сразу тащи его наверх.

— Он все видел!

— И не прореагировал?

— Прореагировал, — усмехнулась она. — Сказал, что все равно любит свою жену.

— Что ж…

— Как только мы вернемся из круиза, я с тобой разведусь.

— Вот как? — с иронией спросил он, подходя к ней вплотную.