Сделка с врагом. Ответ на измену

Ловко накрывает на стол, расставляет тарелки, раскладывает приборы, желает приятного аппетита и тихонько исчезает за дверью.

— Пельмени? Домашние?

Детский восторг не прячу и непроизвольно сглатываю голодную слюну. Была б возможность — похлопала.

— Любишь?

— Обожаю!

В жизни каждого есть вещи, которые своим появлением прямиком отсылают в то беззаботное и счастливое время, когда казалось, весь мир тебя любит, кругом нет зла, болезни, боли, и всё всегда будет хорошо.

Для меня это — домашние пельмени, которые в далеком детстве по праздникам лепили мама и бабушка, а я, мелкая кнопка, еще вчера ходившая под стол пешком, им с радостью помогала закреплять кромочки.

— Тогда иди ко мне. Буду тебя кормить.

А вот этот момент смущает. Только теперь понимаю, каких размеров проблему из-за рук заимела. Вариант: «Я сама!» - туг реально не покатывает.

Руслан же совсем не парится. Недолго думая, обхватывает меня за талию и сажает... на стол. Сам занимает кресло, придвигается вплотную и берет в руки тарелку и вилку.

— Ариш, а давай поиграем в вопросы? — предлагает, наблюдая за мной. — Только с условием: глаза в глаза.

Никогда бы не подумала, что Арбатов может быть таким простым и беззаботным Особенно, если вспомнить первые наши встречи после заключения соглашения.

Кстати, о нем.

— Почему ты согласился на сделку? — спрашиваю, тщательно прожевав подношение.

Глазами даю понять, чтобы он тоже не забывал есть.

Вдвоем из одной тарелки... одной вилкой... словно новый уровень близости преодолеваем.

Успешно.

— Из-за тебя. Мне выпал шанс подобраться поближе к давно интересовавшей меня женщине. Я с радостью им воспользовался. Открой рот.

Руслан подносит мне очередной пельмень, дожидается, когда обхвачу вилку губами, и не спеша, плавно вытаскивает. Тянется рукой и большим пальцем стирает капельку сметаны, которую не успела слизнуть с уголка губ. Затем тот самый палец облизывает сам.

Судорожно сглатываю и пару раз растерянно моргаю.

— Подожди... а как же коллекция:

— Ц-ц-ц. Моя очередь, — качает головой. Убирает вилку, кладет ладони на мои бедра и поглаживает по ним вперед-назад. — Ариш, а ты про бревно в постели врала, да?

Или я удачно расшевелил дерево?!

Господи!

В лицо будто кипятком плескают. Теперь понимаю, почему он коленочки мне наглаживает. Таким образом дорогу преграждает, если я вдруг вырваться захочу.

— Ты. Ну ты и. — слов не хватает. Захлебываюсь. Возмущение комком застревает в горле. Напряженно сощурившись, фырчу, — иди ты, Руслан, в зад.

— Те-с-с, ну, не горячись так, — затыкает мне рот очередным пельменем, а сам, паразит вредный, улыбается, — и интересными предложениями сильно не разбрасывайся. Я ж воспользуюсь. А на вопрос можешь уже не отвечать. Я и так ответ понял:

— Понял, значит? Ладно, — киваю, сжимая зубы.