Сделка с врагом. Ответ на измену

Тяга друг к другу зашкаливает. Внутри просыпает голод. По венам ревет кровь.

Сопротивляться не могу и не хочу. Лишь руки берегу. От пары попыток упереться Руслану в плечи, чувствую нарастающую боль, потому вынужденно поднимаю их вверх, словно сдаюсь."

"— Ариша.. девочка моя.. красивая... нежная. удивительная.. доверься мне сладкая... я покажу... научу.

Руслан ласкает словами, не скрывая чувств. Заряжает своей жаждой, возбуждая до пика. Таю, ощущая его потребность во мне, именно во мне.

По венам струится безумие. До помешательства.

Арбатов плавит словами, губами, руками. Помогает спуститься со стола, раздевает, облизывает, гладит, изучает.

— Как же ты меня вымучила... милая... только не бойся... обещаю, не обижу... иди ко мне... нам будет хорошо.

Шепот выкручивает до предела. Возбуждает до пузырьков шампанского под кожей.

Дрожу, но тянусь в ответ. Сама хочу быть ближе.

— Так, да... моя девочка... моя умница... нежная моя.

Взгляд глаза в глаза подчиняет на внутреннем уровне. Руслан подхватывает на руки и переносит на диван.

Дальнейшее — танец двух тел, где нет неловкости или комплексов, зато через край переливаются голод и жадность. Казалось бы, секс — естественная потребность, один из самых древнейших ритуалов, и вместе с тем насколько же разными могут быть впечатления.

Руслан не дает мне возможности сконцентрироваться ни на чем, кроме происходящего. Настолько откровенно меня хочет. Без лишней сдержанности. Без деликатности.

Дико.

Жарко.

Яростно.

И этим заводит до предела.

Он — мой личный афродизиак, который запахом, силой, мощью, ласками, урчанием.

поцелуями подчиняет мои тело, мысли, разум, сердце. Он дарит безграничное удовольствие, а потом перебрасывает через его край.

Ощущение — будто теряю сознание. Нас разносит одновременно. В пыль. На атомы.

В безвременье.

64.

— Ты почему спряталась? Я же обещал, что сюда никто не войдет, — подзуживает Руслан.

Он переступает порог кабинета, с улыбкой поглядывая в мою сторону. Запирает за собой дверь, бросает принесенный сверток в кресло, приближается и присаживается на корточки.

— Эй, ты чего? Или замерзла?

Разглядываю мужчину, успевшего сменить строгий костюм на футболку и хлопковые брюки, и глубже заворачиваюсь в плед.

— Легко рассуждать, когда одет, правда? — ворчу, высовывая нос из-под покрывала.

Щеки опаляет жаром, стоит подумать, что у меня под ним ничего нет. Только нижнее белье — то единственное, что уцелело чудом, когда загребущие руки Руслана, разгоряченного страстью, настойчиво принялись избавлять меня от всего лишнего.

— Если хочешь, я снова могу раздеться, — медленно пробегает языком по нижней губе, увлажняя ее, и смотрит на меня, как диабетик на кусок шоколадного торта.