28 сантиметров счастья

Я передергиваюсь, словно он передал мне дохлую змею, — перекус.

Ненавижу бумажные пакеты. Я открываю его и заглядываю внутрь. Вместо пистолета там действительно стакан с крышкой и сэндвич. Всего лишь еда. Но я уже испугалась.

— Ты опять куришь? — интересуюсь я, поднимая взгляд на маньяка. Он отходит на несколько шагов от меня, оставив после себя шлейф отвратительного запаха табака. Смотрите-ка, какой заботливый, — у тебя уже рак, а ты продолжаешь травить себя?

— Цыпа, — хмыкает он, затягиваясь, и будто назло мне, лениво выпуская изо рта густой сизый дым, — вот именно, что у меня уже рак. Бросать курить поздно.

— Ты можешь прожить чуть дольше, — пожимаю я плечом, — у тебя и так в легких полная задница. Они там в мясо, если ты кашляешь кровью. А ты еще дымом добиваешь.

— Ты можешь перестать строить из себя добрую девочку, цыпа, и пойти пожрать, — он обрывает лениво мою тираду, снова затягиваясь, — для добрых девочек я взял молочный коктейль и сэндвич с говядиной. Дашь мне спокойно покурить без нравоучений?

Я снова пожимаю плечами. Потом достаю из пакета бумажный стакан, срываю крышку и пробую коктейль на вкус. Он с клубникой. А я никуда не уйду. Мне надоело чувствовать себя пленницей. Я хочу постоять на улице, словно я совершенно обычный человек, а не мать близнецов Рустама Садаева. Да и маньяку по нервам поиграю. Я же его бешу своими нравоучениями.

Толпы людей плывут мимо нас. Странно, что маньяк так легко оставляет меня. Я же могу прямо сейчас шагнуть в очередную группку туристов или подростков, слиться с ними и убежать. С другой стороны, он успеет поймать меня. Еще с другой стороны — маньяк, возможно, понимает, что пока у Рустама мой брат — я никуда даже не дернусь. Просто смысла нет. Мне остается идти только на поклон к отцу, а это может окончательно взбесить Рустама, и он просто сделает что-то плохое моему брату. Убьет, например."

"Но пока я тут думаю, что мне делать и хлебаю молочный коктейль, та огромная пушка, которая виновата во всех моих паршивых приключениях, едет на всех парах на экспертизу. Время утекает стремительно, а я по-прежнему не могу придумать, что же мне делать. Куда не кинь — везде клин.

Взгляд внезапно останавливается на знакомых лицах, и я давлюсь коктейлем, закашлявшись. По тротуару, прямо на нас, идут девочки из моего института. Мои одногруппницы. Две брюнетки, тусовщицы, с которыми я некоторое время жила по соседству в общежитии. Потом я не выдержала их бесконечные тусовки и незнакомых парней в моей постели. Мы жили на первом этаже, и эти парни залезали через окно. Я возвращалась с работы, и вместо того, чтобы рухнуть спать, спихивала пьяные тела со своей койки.

Ох, черт.

Почему именно сейчас?

— Диан! — они подходят ко мне.