Счастье любит тишину

Ритка приняла эти события за некое предупреждение высших сил и решила затихариться до поры.

Но временно! С женой Юрия она еще не закончила!

Да и с Костроминым начались сложности – он стал намного реже у нее появляться. Естественно, он ссылается на работу, а на что же еще? Не по другим же бабам он ходит, смешно. С одной стороны, это даже хорошо, пусть поднимает и укрепляет свою фирму, Маргарите она еще понадобится в будущем, но, во-первых, Рита чувствовала, что теряет контроль над Юрием, а во-вторых, элементарно ей не хватало секса, и она его постоянно хотела. В том смысле что и секса хотела, и самого Костромина.

Ну ладно, он ей оплатил шикарный тур, и она там оторвалась на свободе – отдохнула шикарно!

Но сам Юрий постоянно в каких-то командировках! И вообще эта история затянулась, сколько можно, прошло уже… сколько? Полгода, между прочим, а свадебного марша не слыхать!

И Ритуля решила, что пришло время для серьезных мер.

Все! Пора становиться женой Костромина! Срочно!

«А на самом деле, – подумал Костромин, когда Рита выступила очередной раз со своим матримониальным наездом, – полгода прошло! Он ушел от Варюхи в середине мая, а сейчас уже середина ноября!»

У него волосы на голове встали дыбом, когда он осознал этот факт – полгода! Мама дорогая, которая вместе с отцом порвала с ним всякие отношения, – мама дорогая! Полгода!

Все в омут черный, беспросветный кануло, даже время! Как и не было!

Когда Леонид Николаевич и Лидия Андреевна вернулись из Сочи, то передали Костромину Варварины работы.

– Это тебе, – протянул ему тесть одну за другой четыре картины в строгих багетах, – Варвара просила передать. Подарок от нее.

Костромин выставил картины в ряд на столе и внимательно рассматривал. Его потрясла новая удивительная глубина и сила произведений, он поразился исходящей от них энергии и притягательности. И цвет!

– Она стала писать красками, – поделился он впечатлением. – И никогда так мощно не писала.

– Да, – согласился тесть. – Она и сама поражается, говорит, что даже во сне сюжеты картин видит.

– А почему вы так быстро вернулись? – поинтересовался Юрий, не в силах оторвать взгляда от картин.

– Она нас отправила, – усмехнулся Леонид Николаевич и вздохнул даже. – Вся ушла с головой в творчество, в работу погрузилась, а нам говорит: езжайте, мне одной надо в уединении себя слушать.

– Как она там вообще, Леонид Николаевич? – осторожно спросил Костромин и посмотрел на тестя, старательно заталкивая поглубже свою виноватость.

– А ты знаешь, неплохо, – ответил тесть. – Ей хорошо в этом доме, да и в городе тоже. Потом вот, словно наверстывает, вся в творчестве, видишь, какие новые у нее мотивы появились, техники, сила передачи, глубина особая. Но она не только рисует, гуляет у моря.