Краденое счастье

Но отступать было некуда, и, купив здоровенный букет цветов, банку кофе и коробку конфет, Зиганшин отправился в архив.

Тетки встретили его приветливо, он не стал особенно ничего темнить, почти честно рассказал про страшную находку поблизости от собственного дома, и искренность оказалась вознаграждена.

Архивариусы лопатили вместе с ним старые дела, помогали разбирать каракули в документах, заполненных от руки, но при всем энтузиазме результата не было.

После небольших колебаний Зиганшин отложил в сторону дело о розыске одной медсестры, которая давно уже не работала по специальности, а вела такой образ жизни, что ее исчезновение никого не удивило. На девяносто процентов это не то, но хоть какой-то результат…

На второй день пребывания в архиве Зиганшин слегка запаниковал, почувствовав, как тупеет от бумажной работы, а чаепитие с тетками приобретает зловещую притягательность.

«Лучше бы я в засаде сидел», – вздыхал Мстислав Юрьевич, стараясь не думать, что за сухими документами скрываются человеческие трагедии.

Он был уже близок к отчаянию, когда позвонил приятель с добрыми вестями. Памятуя о том, что если не признать пропавшего человека умершим, разыскное дело не прекращается, Зиганшин, не особенно рассчитывая на успех, закинул удочку во все отделы на предмет «поскрести по сусекам», вдруг найдется давно заброшенное дело с подходящими характеристиками.

Приятель раньше служил опером под его началом, показал себя чрезвычайно толковым работником, поэтому, когда освободилась вакансия начкрима в одном из отделов полиции, Зиганшин не поленился и пропихнул парня на должность. Что ж, редкий случай, когда добро возвращается добром. Приятель постарался для своего наставника и нашел-таки дело гражданки Верховской, пропавшей аккурат в ноябре девяносто второго года. На момент исчезновения она работала заведующей отделением в крупной питерской больнице.

Услышав эту информацию, Зиганшин стремительно сорвался с места, даже не допив чай, и помчался в отдел к другу, провожаемый уверениями теток, что они ему все найдут и рассортируют."

"Опер, работавший с делом Верховской, давно вышел на пенсию, настолько давно, что ни у кого из нынешних сотрудников не нашлось его телефона, поэтому пришлось ориентироваться по документам.

Пролистав дело, Зиганшин узнал, что Татьяна Николаевна Верховская, двадцати семи лет, заведующая отделением эндоваскулярной хирургии, пропала предположительно шестнадцатого ноября девяносто второго года. Ее муж, служивший терапевтом в той же больнице, в тот день находился на суточном дежурстве и ничего о передвижениях жены сказать не мог.

В пятом часу вечера Верховская, уходя с работы, заглянула к нему, и больше живой он ее не видел.