Чистилище Сталинграда. Штрафники, снайперы, спецназ (сборник)

В условиях городского боя они способны наносить значительный урон противнику, сравнимый с пулеметным огнем.

И сразу перешел к тактическим занятиям. Как правильно выбирать место для засады и обязательно оборудовать запасную позицию. Советовал избегать приметных мест, может, и удобных для ведения огня, но бросающихся в глаза противнику.

– А вот подбитые танки, например? – спросил Матвей Черных.

– На участках, где нам придется воевать, их немного, – ответил Чумак. – Они выделяются на фоне развалин. Хотя броня и толстая, но если тебя засекут, то живым вряд ли уйдешь. Немецкие фугасные огнеметы бьют на сто метров. Влепят направленный заряд горючей смеси, и поджаришься вместе с коробочкой.

– Или обломок трубы над котельной торчит, скажем, метра три, – продолжал лейтенант. – Тоже выгодное место, особенно, если в трубе пробоина имеется. Хороший обзор, а при нужде в котельную нырнуть можно. Неплохо вроде так?

– Так, – поддакнул мелкий конопатый боец и широко заулыбался.

– Тебя как зовут? – спросил лейтенант.

– Красноармеец Быков Максим.

– Двух дней не хватило. Пока невеста ломалась, мне повестку прислали. Вот ведь беда какая.

Слово беда прозвучало через букву «я». Строй будущих снайперов дружно заржал.

– Действительно, «бяда». Так и ушел на войну, бабу не попробовав.

– Я в запасном полку к санитарке одной подкатился и что надо получил.

– Шустрый ты, Макся!

– А почему невеста отказала? – спросил лейтенант. – Парней не хватает, откажешь одному да другому и останешься одна куковать.

– Наверное, слишком красивую выбрал, – предположил кто-то. – Они всегда выламываются.

– Не в красоте дело, – объяснил Максим. – Ничего особенного. Все, как у других, и на лицо не красивше меня. Хозяйство у ее отца справное. Коровы, пчельник, баркас рыбацкий с парусом. У меня семья бедноватая. Ну, это все ерунда. Обещала ждать.

– А ты, значит, на санитарку…

– Воздух! – заорали сразу с нескольких сторон.

Две пары «Мессершмитов» пронеслись на высоте метров сто вдоль кромки берега. Это были дерзкие и смелые пилоты. Скорость «мессеров» 550 километров в час, они возникли словно ниоткуда, многие бойцы не успели даже залечь. Пять-шесть бомб рванули на кромке песка и мелководья.

Бомбы были килограммов по двадцать каждая. Буксир, стоявший на ремонте у бревенчатого причала, качнуло, ударило бортом о бревна. Сквозь пробоину хлынула вода, судно быстро оседало на дно, вскоре наружу торчала лишь рубка и часть палубы.

Двое моряков вели под мышки раненого товарища. Еще один полз по толстым доскам причала, оставляя за собой дорожку крови. Плотный веер пуль и 20-милллиметровых снарядов прошел по участку, где впритык друг к другу лежали раненые.