Сборник \

Удалось выяснить, что часть документов была подписана полковником Лосевым из Генерального штаба.

— И где он сейчас?

— На наш запрос сегодня получен ответ. Вот, товарищ комиссар, посмотрите…

— ""На ваш запрос номер… ну, это неинтересно… ага! Указанное вами лицо на службе в Генеральном штабе не состояло… Подпись…"" — комиссар поднял брови. — Это еще что? Как прикажете все это понимать, товарищ полковник?!

— Час назад ко мне позвонили из аппарата ЦК.

— Кто?

— Звонивший представился начальником сектора Лосевым, Игорем Марковичем. Он поинтересовался, кто и на каком основании разыскивает полковника Лосева.

— И что вы ему ответили?

— Пояснил, что дело чрезвычайно важное и я не имею права обсуждать его по телефону. Тем более без санкции непосредственного руководства.

— И что Лосев?

— Поинтересовался, когда я пойду к вам на прием.

— И все?

— Все.

— Непонятно…

Резко зазвонил телефон ВЧ, стоявший на приставной тумбочке. Комиссар поморщился и снял трубку.

— Рогов слушает!

Лицо его вытянулось, и он приподнялся с места. Глядя на него, встал и полковник.

— Так точно! — Комиссар ослабил ворот кителя. — Да. У меня. Есть, предоставить все материалы! Будет исполнено! Так точно, понял, к двадцати часам. Есть, доложить лично!

Он осторожно положил трубку телефона, будто она была сделана из хрусталя. Сел за стол и налил себе воды из графина. Посмотрел на полковника.

— Садись.

— Кто это был, товарищ комиссар?

Вместо ответа тот раскрыл лежавшую на краю стола красную папку и, вытащив оттуда лист бумаги, показал на подпись внизу.

— Достаточно?

— Да уж… Это… Лосев?

— Он не зря интересовался, когда у тебя доклад. Выяснил это и, в свою очередь, доложил наверх.

— Теперь я должен представить все материалы?

— Я должен! Я! Лично! Черт возьми, будто других забот у меня нет… В общем, так. Через час подготовить мне все, ты слышишь — все, материалы по делу. В том числе и самые отдаленные домыслы. Капитана этого срочно вызвать в Москву. Ограничить его общение с внешним миром. Всех, кто причастен к этому делу, перевести на казарменное положение. Срочно!

Комиссар встал из-за стола и, подойдя к окну, уперся лбом в холодное стекло.

— Черт побери, ну надо же было этому поганому фрицу засесть именно у нас?!

Обитая кожей массивная дверь бесшумно приоткрылась."

"Адмирал Канарис поднял голову от бумаг.

— В чем дело, Мюллер?

— Вы приказывали доложить о прибытии полковника Кранца, экселенц.

— Где он?

— В приемной.

— Проси его сюда. Сделай нам два кофе, старина Август большой его любитель. И корзиночку венских пирожных.

— Слушаюсь, экселенц!

Дверь закрылась за спиной адъютанта и почти тотчас отворилась вновь.

— Разрешите войти, экселенц?

— Август, старина, рад тебя видеть! — Адмирал встал из-за стола.