Голоса ночи (сборник)

– Кто? – Старушка сбилась и долго не могла поймать нить разговора. – Ах, Коля-то? Симпатичный такой, блондин, с бородкой…

Настя вскрикнула и зажала рот рукой. Антон вскочил. Он теперь ясно понимал, что с подругой творится что-то неладное, но почему? Что могло ее взволновать в истории с собакой?

– Вы не знали его фамилию? – тем же глухим, невыразительным голосом спросила Настя.

– А если бы увидели снимок, узнали бы?

Старшка забеспокоилась:

– С ним что-то случилось? Откуда у тебя фотография, деточка?

– Может быть, я вам ее принесу, – не слушая вопросов, сказала Настя. – Завтра. Нет, сегодня же, вечером. Через несколько часов…

Она путалась в словах, щеки у нее разгорелись. Девушка встала и потянула собаку за поводок:

– Я приеду вечером, хорошо? Я только покажу снимок, а вы скажете – он это или не он.

Старушка соглашалась, но требовала объяснений, которых так и не получила. Настя, даже не попрощавшись, почти бегом бросилась вон со двора. Антон последовал за нею, растерянно оглядываясь на скамейку, где сидела удивленная старушка.

Он догнал приятельницу уже на проспекте и схватил под руку:

– Что ты так завелась? Откуда у тебя его фотография? Кто он такой?

Настя продолжала бежать вперед, иногда переходя на неровный быстрый шаг. Она тяжело дышала, и в ее глазах – это напугало парня больше всего – стояли слезы.

– Я сразу понял, что с собакой дело непростое, – он крепче прижал к себе ее локоть, и девушка наконец сбавила темп. – Чего ради ты стала искать хозяина? Ты его знала? Точно – знала!

Настя резко остановилась. Пес, бежавший впереди, так и сел, притянутый назад поводком.

– Знала, кажется, – сказала Настя, глядя мимо Антона. – Или я ошибаюсь? Мне срочно нужно взять его снимок.

– Мой бывший жених. Его убили.

И снова пошла, уже ровным, обычным шагом, а парень так и остался на месте, будто пригвожденный этими простыми словами, сказанными тихим голосом.

Дома Настя бросила пса, переворошила все альбомы в своей комнате, вытащила несколько снимков Николая и снова бросилась к двери. Мать пыталась ее остановить, задавала вопросы – дочь не слышала. За Настей захлопнулась дверь, и женщина развела руками:

– Что с ней творится? С каждым днем все хуже… Я боюсь. Уже по-настоящему боюсь.

– Не сказала, куда ушла? – раздался из большой комнаты голос отца.

– А ты бы не пускала!

– Как ее не пустишь? Раньше надо было не пускать, а теперь ей уже двадцать три, работает… Что я с ней сделаю? Хуже всего, что она перестала со мной говорить… Может, связалась с кем-то? Антон больше не заходит…

– Замуж ей пора, – солидно посоветовал Костик, уплетая яблоко и стараясь отцепить поводок от ошейника. – Сколько можно!

– Молчал бы, – цыкнула на него родительница.