Голоса ночи (сборник)

Каждый такой приступ веселья обходился мне в парочку седых волос. Такой веселенькой она в жизни не была. Жуть какая-то… – фальшиво вздохнул он, все еще неестественно кривляясь. – А вот с тобой поговорила от души, я слышал на кухне ваши голоса. Так мило, что ты ее позабавила. Я знал, что она будет рада тебя видеть. О чем вы говорили?

– Ты это назовешь сказками.

Анжелика глянула туда, где на подушке неподвижно лежала белокурая голова и пожала плечами:

– Да чепуху. Говорила об Игоре, обо мне, о тебе.

– Ничего хорошего. Это же для тебя не новость, верно?

– Только бы эти дни пережить… – пробормотал он.

– Послушай, – Анжелика больше не настаивала на том, чтобы говорить о Лене на кухне. Теперь она нарочно стремилась говорить в присутствии Лены, чтобы та могла все слышать и как-то оценивать обстановку. Эта женщина вызывала в ней острую жалость и сильное беспокойство. – Что ты станешь с ней делать, когда найдут убийцу?

– Лечить. Я же говорил.

– Что? Расскажет докторам, что мы хотели убить Игоря?

– А ты думал об этом?

– Милая, у нее сейчас куча всяких навязчивых идей в голове… Даже если она станет рассказывать правду направо и налево, кто сможет определить, где правда, где бред?

– Врачи определят, когда ее вылечат.

– Когда врачи ее вылечат, она сама не захочет кому-то это рассказывать.

– Но она была нормальной, когда рассказала все Игорю!

– О чем ты говоришь? У тебя у самой-то все шарики в голове целы? Влюбленная женщина – тоже ненормальная, – отрезал он. – Хотя тебе этого не понять, как ни старайся. Ты же никогда никого не любила. Я тебе просто завидую!

С кровати раздался тихий, отчетливый смех. Оба вздрогнули, и Саша скривил губы:

– Ничего. Пусть развлекается. Надеюсь, ты не ослабила узлы? Боюсь, что она снова попытается откусить от меня сто грамм филея.

– Филей в заднице, а не на руке. И меня уже тошнит от твоего юмора. Мне надо идти, – Анжелика тоскливо смотрела, как тлеет ее сигарета. – Все это ужасно. Я так хочу уехать. Далеко-далеко… Слушай, а что ты говорил про банк? Что это за банк, который не сможет проверить следователь?

– Милая моя, просто даешь деньги какому-нибудь человеку, а он тебе потом возвращает с процентами. Вот и все.

– Постой… – насторожилась она. – Так это ты делаешь от себя? Ты и есть банк?

– И давно этим занимаешься?

Он вдруг замолчал, а потом тихонько начал смеяться:

– Ну, мать, прозрела. Поздно, конечно, но лучше поздно, чем никогда. Да, это я тогда дал тебе денег под проценты. Деньги были мои.

– Я это знала давно, не считай меня такой уж дурой! – отрезала она. – Но я все же не думала, что была не единственная.