Звезда Сарханов

Тусклые светильники, состоящие из мерцающих камней, помещенных в металлический каркас, ввинченный в кладку, слабо освещали пространство, лишь наполовину разбавляя сумрак. В полутора метрах от противоположной стены стояли два массивных деревянных столба с вырезанными на них странными символами, напоминавшими магические письмена из страшной книги о кровавых ритуалах. На высоте около двух метров в каждой из опор было сквозное отверстие с продернутой в него массивной цепью. Они, в свою очередь, заканчивались… железными кандалами. О, Боги! И в эти кандалы сейчас заковывали вопящую Таури. В пустом пространстве помещения гулким эхом отдавался каждый звук, от чего визги и жалобные мольбы трессианки делали атмосферу этого места еще более зловещей. От увиденной картины в груди сперло дыхание, стало так противно и неприятно, поэтому сразу я не почувствовала мерзкий запах, которым здесь пропитано было все, словно по углам зала разбросаны куски протухшего мяса. Осмотрелась в поисках источника зловония, но в пустом помещении ничего не было, кроме стен и столбов. Стоп. Стены и столбы, а также пол вокруг странных опор сплошь покрыты бордовыми подтеками, которые я поначалу приняла за облупливающуюся краску. Но это была кровь, запекшаяся, въевшаяся в материал, неоднократно смываемая, но постоянно обновляемая кровь живых существ. Что же они творят в этой пыточной? От ужаса закружилась голова. Я качнулась, опершись рукой о стену. Черные дыры проклятого сектора! Куда меня снова забросила моя неугомонная судьба?

Таури уже не визжала, а тихо всхлипывала, почти повиснув на цепях, которые, натянув от каждого столба, держали охранники. Девушка низко наклонила голову, смирившись со своей незавидной участью, отчего щупальцеобразные синие отростки, так напоминающие косы, свесились ей на грудь. Герин медленно подошел к трессианке и одним движением разорвал платье, оголяя стройную синюю спинку.

– А ты стой и смотри, – сказал он, обращаясь ко мне, – не вздумай отвести взгляд.

Я с вызовом уставилась ему в глаза, но они остались пустыми и безучастными. Все внимание неприметного было приковано к распятой между странными столбами жертве. Герин не спеша подошел к стене и нажал на что-то, отчего пласт кирпичей перевернулся, явив стенд с набором разнообразных кнутов. Даже отсюда я видела, что все они выполнены из кожи, мастерское плетение, резные рукоятки, их можно было бы посчитать красивыми, если бы они не служили орудием страшных телесных наказаний. Длинна кнутовища в среднем не превосходила двух метров. Сравнительно тонкие, они сужались от рукоятки к хвосту. Был среди этих ужасных кнутов один, который привлек мое внимание. Я точно знала – это самый опасный, самый страшный.