Сафари

Там стоял козел-предводитель; его громадные рога выделялись на фоне багрового неба как два зазубренных меча. Свист — и точно брошенные камни, звери взбежали вверх по откосу и скрылись из глаз. Их рога и спины еще мелькали некоторое время в траве и, наконец, исчезли вдали. То, что заставило их бежать, ползло и извивалось, как длинная узкая змея, по направлению к холму.

Это был караван Вермона.

Впереди, на расстоянии километра от массы носильщиков, вид и шум которых пугал зверей, шел небольшой отряд. Возглавлял его маленький невзрачный дикарь с кожей серо-коричневого цвета. К углам его острых полуприщуренных глаз стекались бесчисленные маленькие складочки, свойственные людям, которые часто смотрят на залитую солнцем местность. Вокруг бедер у него был кожаный передник, за плечами — колчан со стрелами, а в руках — громадный лук. Это был человек из племени кочевников вандероббо, которые живут только охотой. Он служил при экспедиции руководителем охоты и следопытом.

За ним, с дубинами на плечах и копьями в руках, выступали оба мазаи с гордостью и равнодушием, отличающими этот народ завоевателей и разбойников.

На некотором расстоянии от них следовал англичанин с биноклем в руках и ружьем за плечами. Его холодные серые глаза внимательно ощупывали горизонт.

Сразу за ним шел Хатако. Он нес еще два ружья, а на поясе — около дюжины маленьких кожаных мешочков, которые содержали различную амуницию. Его темные глаза наблюдали за каждым движением господина. Он знал, что протянутая назад левая рука означала двустволку, правая — винтовку, а особые движения рукой — патроны или же приказания для следующих четырех носильщиков, несущих камеры, кассеты и штативы.

Шествие замыкал бой Селим, навьюченный походной флягой, ящиком с табаком и прочими предметами обихода его господина.

Так они шли уже в течение трех недель по степи от Найроби до этих мест. Случайные съемки и обработка пластинок подготовили и обучили людей, от ловкости и надежности которых зависел в значительной степени успех экспедиции. Здесь, наконец, они должны были раскинуть постоянный лагерь, из которого предполагалось систематически уходить на поиски зверей, фотографировать и охотиться за ними.

Один из мазаи поднял руку.

— Вода за этим холмом, бана. Там прекрасное место для лагеря.

— Я давно это видел, голубчик, — вот этим! — сказал Вермон и, подмигивая, протянул ему бинокль. Мазаи отпрянул и, как бы защищаясь, расставил пальцы. Эта штука была, наверное, орудием колдовства!

Они поднялись на холм. Черные тут же опустились в расщелину и стали откапывать воду. Европеец сел между термитовыми постройками, наблюдая, как большой огненный шар погружается за горизонт. С шумом подходил караван, во главе которого шли четыре аскари.