Сафари

Чаще всего встречались антилопы и газели всех видов, а также гну и зебры. Некоторые стояли неподвижно или бежали спокойной рысцой, другие подобно ветру мчались по равнине или же скакали бешеными прыжками; большая часть их паслась рядом с дорогой, опустив головы и непрерывно обмахиваясь хвостами. Появились страусы, которые бежали наперегонки с поездом. Два носорога бросились было на железное чудовище, но перед насыпью они внезапно остановились в недоумении…

Широкая стена пыли вырастала на горизонте и с неимоверной быстротой приближалась к поезду. Она становилась больше и темнее, неясные очертания ее волновались в красно-сером тумане. С ревом, похожим на шум морского прибоя, налетела она и окутала все тускло-красноватыми сумерками. Завизжали тормоза, и с резким толчком поезд остановился. Волна достигла полотна и перелилась через него. Из клубящихся туч пыли доносился гулкий топот бесчисленных копыт. Это были зебры. Тысячи, много тысяч зебр…

Поезд стоял в волнующемся море мчащихся вперед полосатых тел. Головы носильщиков протискивались в окна. Широко раскрытыми глазами смотрели они на этот мощный поток зверей. Наконец, туча стала редеть. Гул становился слабее; можно было уже различить отставших от стада. Глухо фыркая, с блестящими дикими глазами и развевающимися хвостами неслись они мимо. Далеко-далеко кружилась теперь в степи туча пыли…

Хатако, тяжело дыша, покачивал своей дубинкой.

— Да, это страна зверей, — сказал он двум соплеменникам, сидевшим в том же вагоне.

— Мясо! Много мяса! — согласились они, хлопая себя по ляжкам и обнажая острые зубы. Они присели на корточки и возбужденно описывали поток живого мяса, который они только что видели.

Поезд ехал с удвоенной скоростью. Звери появлялись теперь реже и небольшими стадами. Опять появились поселения людей. Время от времени поезд ненадолго останавливался у маленьких станционных строений. Они были покрыты гофрированной жестью и одиноко жарились на солнце. Вокруг них стояли странные худые люди с худыми лицами, держа в руках большие копья с широкими концами. На голове у них было нечто, отливающее красным светом и похожее на медные каски. Это были мазаи. Их длинные волосы были уложены в виде каски и пропитаны смесью красной глины и жира.

На одной из станций в вагон вошел бой Селим. Когда он увидел Хатако, глаза его коварно заблестели.

— Остерегайтесь вытягивать ноги, а то можете остаться без пальцев, — сказал он, указывая на Хатако.

Носильщики почтительно осклабились. Хатако промолчал, так как был занят очень важным делом — он натирал свое тело жиром. Бой почти задохнулся от злости.

— Теперь понятно, куда девается все масло для оружия! — воскликнул он.

В ту же секунду он летел к дверям, получив основательный удар ногой.