Сады пяти стремлений

Долго, почти минуту, молча смотрел на полученные результаты, затем повторил расчёты, убедился, что не ошибся, и приказал пригласить Киру и Акселя в кают-компанию. Они ждали вызова и с приходом не замедлили, и первое, что сделала рыжая, переступив порог, – нетерпеливо спросила:

– Капитан, что это за планета?

Нетерпение легко объяснялось – все на борту «Пытливого амуша» соскучились по хорошим новостям.

– У меня нет стопроцентной уверенности, что я видел именно Калпан, – улыбнувшись, ответил Базза. – Однако я абсолютно уверен, что на этой планете установлена Сфера Шкуровича.

– Добрый Маркус нас не оставил, – выдохнула рыжая, машинально прикоснувшись к подаренному супругом медальону.

Кира дер Даген Тур выросла на демократической Кардонии, на которой олгеменизм считался религией адигенов. Его не запрещалось исповедовать, однако неофициально – среди «наиболее передовой части общества» – быть олгеменом означало публичную демонстрацию отсталых взглядов. Сама Кира относилась к религии более чем спокойно и не думала, что изменится, но общение с Помпилио не прошло даром. При этом дер Даген Тур не был фанатичным олгеменом, воспринимал религию как органичную часть себя и своей личности и не требовал от жены меняться. Настоящей лингийкой – и настоящей адигеной – Кира стала сама, потому что нашла себя, потому что ощутила, что должна была стать ими с рождения, и теперь не стеснялась благодарить за помощь покровителя Линги – Доброго Праведника Маркуса.

– Я попытался набросить на планету швартовочный «хвостик», и, кажется у меня получилось, – продолжил Дорофеев. – Не могу оценить надёжность получившегося соединения, но, по ощущениям, планета находится на границе зоны досягаемости если и дальше, то ненамного, и мне кажется, что Галилей сумеет на неё прыгнуть.

– А вы?

– Если другого выхода не будет – я попробую и думаю, что получится, – ответил капитан. – Но хотелось бы, чтобы переход открыл профессионал.

– Понимаю вас, Базза. – Рыжая улыбнулась. – Это действительно очень хорошие новости, спасибо.

– Представляю, как удивятся обитатели Калпана, когда мы к ним выйдем, – коротко рассмеялся Аксель. – Мы наверняка считаемся погибшими. Или пропавшими без вести.

– Мессер не раз удивлял Герметикон неожиданными появлениями, – кивнул Дорофеев. Но не улыбнулся, даже скупо, и по этому признаку Кира поняла, что капитану есть что сказать ещё, и это «ещё» их не обрадует.

– Базза, вы рассказали не все новости?

– К сожалению, адира, – вздохнул капитан.

– Что случилось? – насторожился Аксель.

– Закончив исследование системы, которую мы пока определяем как Калпан, я решил оглядеться в системе Траймонго – из любопытства, говоря откровенно.