Сабля, трубка, конь казацкий

Волею чиновников из Министерства образования и науки благородное искусство фехтования не входит в учебную программу университета, так что саблю в руках я держал всего несколько раз. Бутафорскую… Герой мой по ходу пьесы должен в некоторых сценах с грозным видом выхватывать оружие и потрясать им над головой. На страх ляхам и прочим супостатам. Так что хотя бы это я точно умел. Репетировал, и режиссеру нравилось. Девчонкам в зале тоже… О, вспомнил! Эту белокурую бестию, что осталась досыпать у меня на квартире, я там же и склеил. В смысле на репетиции. Девчонка вроде на «туристку» учится. М-да… Знала бы она, какой мне тур выпадет…

Воодушевленный воспоминаниями, я выхватил саблю из ножен, как мне казалось, весьма ловко. После чего гордо взглянул на учителя, чтоб услышать одобрение… и не увидел его перед собой. Оказалось, пока я возился с ножнами, запорожец успел не просто переместиться, а обойти по кругу и встать у меня за спиной.

Пришлось разворачиваться. Выражение лица Полупуда было таким же несчастным, как в тот момент, когда первый раз увидел меня вскарабкивающегося на коня.

– Вот что я тебе скажу, Петро… – пробормотал казак, дергая себя за ус сильнее обычного. Как только не оторвал? – Это просто удивительно… Если б сам не видел – ни в жисть не поверил бы…

Гм, вроде хвалит… Я победоносно крутанул саблей над головой еще раз. Мол, знай наших. Настоящий клинок, как ни странно, оказался легче бутафорского. И лежал в ладони гораздо удобнее любой из окрашенных деревяшек, которыми мы должны были орудовать на сцене.

– Что ты сумел дожить до своих лет… – ровным тоном продолжил Полупуд. – Или вас вообще за монастырские стены не выпускали? Без охраны?

– Не знаю… – привычно спрятался я за универсальную отмазку. Увы, похоже, не хвалит. И даже совсем наоборот. Просто заходит издалека. Как Изя, когда хотел стрельнуть у Мойши сотню.

– Видимо, Господь и в самом деле длань свою над тобой простирал… – продолжил Полупуд, не слушая ответа. – А теперь, когда даже его безграничное терпение закончилось, Создатель решил переложить этот крест на мои плечи… – казак вторично дернул себя за ус, подумал и размашисто перекрестился. – Что ж, значит, так тому и быть. Кто мы такие, чтобы роптать и волю Его не исполнить? Нравится – не нравится, а придется строгать…

Я счел разумным помолчать. Поговорку «наука не идет без бука» придумали давно, и мне совершенно не хотелось проверить: согласен ли с этим тезисом казак Василий. А тот уже и сам обозначил методику преподавания.

– Всыпать бы, для вразумления, но сегодня бить не буду. Тебе и без того досталось. Еще остатки ума вышибу. А на будущее, новик, не обессудь. Розгами пишут по спине и тому месту, что ниже, а в голове мысль чеканится.